Нектарий Оптинский: житие святого, день памяти, молитва

Преподобный Некта ́ рий Оптинский

Дни памяти

23 сентября – Собор Липецких святых

24 октября – Собор всех святых, в Оптиной пустыни просиявших

Житие

По­след­ним со­бор­но из­бран­ным оп­тин­ским стар­цем был пре­по­доб­ный Нек­та­рий, уче­ник ски­то­на­чаль­ни­ка пре­по­доб­но­го Ана­то­лия (Зер­ца­ло­ва) и пре­по­доб­но­го стар­ца Ам­вро­сия. Он нёс крест стар­че­ско­го слу­же­ния в го­ды тя­жё­лых ис­пы­та­ний для Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, для всей Рос­сии. Пять­де­сят лет ста­рец Нек­та­рий про­вёл в ски­ту Оп­ти­ной пу­сты­ни, из них два­дцать – в за­тво­ре. Он вос­хо­дил по ду­хов­ной лест­ни­це от за­тво­ра к об­ще­ствен­но­му слу­же­нию и был до­стой­ным про­дол­жа­те­лем оп­тин­ско­го стар­че­ства. На­де­лён­ный Бо­гом ве­ли­ким да­ром про­ро­че­ства и про­зор­ли­во­сти, он за­дол­го до ре­во­лю­ции и граж­дан­ской вой­ны ви­дел гря­ду­щие бе­ды и скор­би лю­дей. Ста­рец Нек­та­рий мо­лил­ся за всю Рос­сию, уте­шал лю­дей, ук­реп­лял их в ве­ре. В го­ды тя­жё­лых ис­ку­ше­ний пре­по­доб­ный Нек­та­рий брал на се­бя бре­мя люд­ских гре­хов. Он раз­де­лил участь мно­гих сво­их ве­ру­ю­щих со­оте­че­ствен­ни­ков: был го­ним, со­слан, по­чил в из­гна­нии. О его жиз­нен­ном пу­ти – в свя­зи с го­не­ни­я­ми на Цер­ковь, пре­сле­до­ва­ни­ем мо­на­ше­ства – из­вест­но мень­ше, чем о его про­слав­лен­ных пред­ше­ствен­ни­ках.

Пре­по­доб­ный Нек­та­рий (в ми­ру Ни­ко­лай Ва­си­лье­вич Ти­хо­нов) ро­дил­ся в 1853 го­ду в го­ро­де Ель­це Ор­лов­ской гу­бер­нии в бед­ной се­мье Ва­си­лия и Еле­ны Ти­хо­но­вых. Отец его был ра­бо­чим на мель­ни­це и умер, ко­гда сы­ну бы­ло все­го семь лет. Пе­ред кон­чи­ной он бла­го­сло­вил сы­на ико­ной cвя­ти­те­ля Ни­ко­лая, по­ру­чая его по­пе­чи­тель­ству своё ча­до. С этой ико­ной ста­рец не рас­ста­вал­ся всю жизнь.

Позд­нее пре­по­доб­ный Нек­та­рий рас­ска­зы о сво­ём дет­стве ча­сто на­чи­нал сло­ва­ми: «Бы­ло это в мла­ден­че­стве мо­ём, ко­гда жил я с ма­мень­кой. Двое нас бы­ло на бе­лом све­те, да ещё кот жил с на­ми. Мы низ­ко­го бы­ли зва­ния и при­том бед­ные. Ко­му нуж­ны та­кие?». С ма­те­рью у Ни­ко­лая бы­ли са­мые теп­лые и сер­деч­ные от­но­ше­ния. Она боль­ше дей­ство­ва­ла кро­то­стью и уме­ла тро­нуть его серд­це. Но и мать его умер­ла ра­но. Остал­ся маль­чик круг­лым си­ро­той. С 11 лет он стал ра­бо­тать в лав­ке бо­га­то­го куп­ца. Был Ни­ко­лай тру­до­лю­бив и к 17 го­дам до­слу­жил­ся до млад­ше­го при­каз­чи­ка. В сво­бод­ное вре­мя юно­ша очень лю­бил хо­дить в храм и чи­тать цер­ков­ные кни­ги. Его от­ли­ча­ли кро­тость, скром­ность, ду­шев­ная чи­сто­та.

Ко­гда юно­ше ис­пол­ни­лось два­дцать лет, стар­ший при­каз­чик за­ду­мал же­нить его на сво­ей до­че­ри. В то вре­мя в Ель­це жи­ла по­чти сто­лет­няя схим­ни­ца, ста­ри­ца Фео­к­ти­ста, ду­хов­ная дочь свя­ти­те­ля Ти­хо­на За­дон­ско­го. Хо­зя­ин от­пра­вил к ней юно­шу за бла­го­сло­ве­ни­ем на брак. А схим­ни­ца бла­го­сло­ви­ла его пой­ти в Оп­ти­ну к стар­цу Ила­ри­о­ну. Хо­зя­ин от­пу­стил юно­шу в Оп­ти­ну, и Ни­ко­лай от­пра­вил­ся в путь.

В 1873 го­ду при­шел он в Оп­ти­ну пу­стынь, неся в ко­том­ке за спи­ной од­но лишь Еван­ге­лие. Здесь Про­мыс­лом Бо­жи­им он об­рел свое ис­тин­ное на­зна­че­ние. Ибо во вла­сти Гос­по­да, а не во вла­сти иду­ще­го да­вать на­прав­ле­ние сто­пам сво­им (Иер.10,23). Сна­ча­ла юно­ша по­шёл к ски­то­на­чаль­ни­ку стар­цу Ила­ри­о­ну, а тот от­пра­вил его к пре­по­доб­но­му Ам­вро­сию. В то вре­мя к ве­ли­ко­му стар­цу Ам­вро­сию при­хо­ди­ло так мно­го лю­дей, что до­жи­дать­ся при­ё­ма при­хо­ди­лось неде­ля­ми. Но Ни­ко­лая он при­нял сра­зу и го­во­рил с ним два ча­са. О чем бы­ла их бе­се­да, пре­по­доб­ный Нек­та­рий ни­ко­му не от­кры­вал, но по­сле нее на­все­гда остал­ся в ски­ту. Стал он ду­хов­ным сы­ном пре­по­доб­но­го Ана­то­лия (Зер­ца­ло­ва), а на со­вет хо­дил к пре­по­доб­но­му стар­цу Ам­вро­сию.

Пер­вым по­слу­ша­ни­ем его в Оп­ти­ной бы­ло уха­жи­вать за цве­та­ми, по­том его на­зна­чи­ли на по­но­мар­ское по­слу­ша­ние. У пре­по­доб­но­го Нек­та­рия бы­ла кел­лия, вы­хо­див­шая две­рью в цер­ковь, в ней он про­жил два­дцать лет, не раз­го­ва­ри­вая ни с кем из мо­на­хов: толь­ко схо­дит к стар­цу или ду­хов­ни­ку и об­рат­но. Сам он лю­бил по­вто­рять, что для мо­на­ха есть толь­ко два вы­хо­да из кел­лии – в храм да в мо­ги­лу. На этом по­слу­ша­нии он ча­сто опаз­ды­вал в цер­ковь и хо­дил с за­спан­ны­ми гла­за­ми. Бра­тия жа­ло­ва­лись на него стар­цу Ам­вро­сию, на что он от­ве­чал: «По­до­жди­те, Ни­кол­ка про­спит­ся, всем при­го­дит­ся».

Под ру­ко­вод­ством сво­их ве­ли­ких на­став­ни­ков пре­по­доб­ный Нек­та­рий быст­ро воз­рас­тал ду­хов­но. 14 мар­та 1887 го­да он был по­стри­жен в ман­тию, 19 ян­ва­ря 1894 го­да был по­свя­щен в иеро­ди­а­ко­на, а еще через че­ты­ре го­да был ру­ко­по­ло­жен Ка­луж­ским ар­хи­ере­ем в иеро­мо­на­ха. Бы­ло ему то­гда трид­цать че­ты­ре го­да.

Уже в эти го­ды он ис­це­лял боль­ных, об­ла­дал да­ром про­зор­ли­во­сти, чу­до­тво­ре­ния и рас­суж­де­ния. Но по сво­е­му сми­ре­нию эти вы­со­кие ду­хов­ные да­ро­ва­ния он скры­вал под внеш­ним юрод­ством. На юрод­ство он имел бла­го­сло­ве­ние стар­цев. Оп­тин­ские стар­цы ча­сто при­кры­ва­ли своё ду­хов­ное ве­ли­чие юрод­ством – шут­ка­ми, чу­да­че­ством, неожи­дан­ны­ми рез­ко­стя­ми или непри­выч­ной про­сто­той в об­ра­ще­нии со знат­ны­ми и за­нос­чи­вы­ми по­се­ти­те­ля­ми.

В 1912 го­ду оп­тин­ская бра­тия из­бра­ла его в стар­цы. Но пре­по­доб­ный Нек­та­рий от­ка­зы­вал­ся, го­во­ря: «Нет, от­цы и бра­тия! Я ску­до­умен и та­кой тя­го­ты по­не­сти не мо­гу». И толь­ко по по­слу­ша­нию он со­гла­сил­ся при­нять на се­бя стар­че­ство.

В пер­вое вре­мя по­сле из­бра­ния стар­цем отец Нек­та­рий уси­лил юрод­ство. При­об­рёл му­зы­каль­ный ящик и грам­мо­фон с ду­хов­ны­ми пла­стин­ка­ми, но скит­ское на­чаль­ство за­пре­ти­ло ему их за­во­дить; иг­рал иг­руш­ка­ми. Бы­ла у него птич­ка-сви­сток, и он за­став­лял в неё дуть взрос­лых лю­дей, ко­то­рые при­хо­ди­ли к нему с пу­сты­ми го­ре­стя­ми. Был вол­чок, ко­то­рый он да­вал за­пус­кать сво­им по­се­ти­те­лям. Бы­ли дет­ские кни­ги, ко­то­рые он раз­да­вал чи­тать взрос­лым лю­дям.

В юрод­стве стар­ца ча­сто со­дер­жа­лись про­ро­че­ства, смысл ко­то­рых от­кры­вал­ся ча­сто лишь по про­ше­ствии вре­ме­ни. На­при­мер, лю­ди недо­уме­ва­ли и сме­я­лись над тем, как ста­рец Нек­та­рий вне­зап­но за­жи­гал элек­три­че­ский фо­на­рик и с са­мым се­рьез­ным ви­дом хо­дил с ним по сво­ей ке­ллии, осмат­ри­вая все уг­лы и шка­фы. А по­сле 1917 го­да вспом­ни­ли это “чу­да­че­ство” со­всем ина­че: имен­но так, во тьме, при све­те фо­на­ри­ков, боль­ше­ви­ки обыс­ки­ва­ли ке­ллии мо­на­хов, в том чис­ле и ком­на­ту стар­ца Нек­та­рия. За пол­го­да до ре­во­лю­ции ста­рец стал хо­дить с крас­ным бан­том на гру­ди – так он пред­ска­зы­вал на­сту­па­ю­щие со­бы­тия. Или на­со­би­ра­ет вся­ко­го хла­ма, сло­жит в шкаф­чик и всем по­ка­зы­ва­ет: «Это мой му­зей». И дей­стви­тель­но, по­сле за­кры­тия Оп­ти­ной в ски­ту был му­зей.

Ча­сто вме­сто от­ве­та отец Нек­та­рий рас­став­лял пе­ред по­се­ти­те­ля­ми кук­лы и разыг­ры­вал ма­лень­кий спек­такль. Кук­лы, пер­со­на­жи спек­так­ля, да­ва­ли от­ве­ты на во­про­сы сво­и­ми ре­пли­ка­ми. Так, вла­ды­ка Фе­о­фан Ка­луж­ский не ве­рил в свя­тость стар­ца. Как-то при­е­хал он в Оп­ти­ну и за­шёл к от­цу Нек­та­рию. Тот, не об­ра­щая на него ни­ка­ко­го вни­ма­ния, иг­рал в кук­лы: од­ну на­ка­зы­вал, дру­гую бил, тре­тью са­жал в тюрь­му. Вла­ды­ка, на­блю­дая это, утвер­дил­ся в сво­ём мне­нии. Поз­же, ко­гда боль­ше­ви­ки по­са­ди­ли его в тюрь­му, он го­во­рил: «Гре­шен я пе­ред Бо­гом и пе­ред стар­цем. Всё, что он мне по­ка­зы­вал то­гда, бы­ло про ме­ня, а я ре­шил, что он ненор­маль­ный».

Од­на­жды ста­рец Вар­со­но­фий, бу­дучи ещё по­слуш­ни­ком, про­хо­дил ми­мо до­ми­ка от­ца Нек­та­рия. А он сто­ит на сво­ём кры­леч­ке и го­во­рит: «Жить те­бе оста­лось ров­но два­дцать лет». Это про­ро­че­ство впо­след­ствии ис­пол­ни­лось в точ­но­сти.

Про­то­и­е­рей Ва­си­лий Шу­ст­ин рас­ска­зы­вал, как ба­тюш­ка, не чи­тая, раз­би­рал пись­ма: «Од­ни пись­ма он от­кла­ды­вал со сло­ва­ми: “Сю­да на­до дать от­вет, а эти пись­ма бла­годар­ствен­ные, их мож­но без от­ве­та оста­вить”. Он их не чи­тал, но ви­дел их со­дер­жа­ние. Неко­то­рые из них он бла­го­слов­лял, а неко­то­рые и це­ло­вал».

Из­вест­ны мно­го­чис­лен­ные слу­чаи, ко­гда ба­тюш­ка ис­це­лял смер­тель­но боль­ных лю­дей. При­е­ха­ла в Оп­ти­ну мать, дочь ко­то­рой стра­да­ла неиз­ле­чи­мой бо­лез­нью. От боль­ной от­ка­за­лись все вра­чи. Мать до­жи­да­лась стар­ца в при­ём­ной и вме­сте с дру­ги­ми бо­го­моль­ца­ми бла­го­сло­ви­лась у него. Она ещё не успе­ла ска­зать ему ни сло­ва, как ста­рец об­ра­тил­ся к ней сам: «Ты при­шла мо­лить­ся о боль­ной до­че­ри? Она бу­дет здо­ро­ва». Он дал ма­те­ри семь пря­ни­ков и ве­лел: «Пусть каж­дый день дочь съе­да­ет по од­но­му и по­ча­ще при­ча­ща­ет­ся, бу­дет здо­ро­ва». Ко­гда мать вер­ну­лась до­мой, доч­ка с ве­рой при­ня­ла пря­ни­ки, по­сле седь­мо­го при­ча­сти­лась и вы­здо­ро­ве­ла. Бо­лезнь к ней боль­ше не воз­вра­ща­лась.

Как-то при­е­ха­ла к нему мо­на­хи­ня Нек­та­рия с маль­чи­ком-под­рост­ком, ко­то­рый вдруг за­бо­лел. Тем­пе­ра­ту­ра под­ня­лась до со­ро­ка гра­ду­сов. Она и го­во­рит ба­тюш­ке: «Оле­жек у ме­ня за­бо­лел». А он от­ве­ча­ет: «Хо­ро­шо по­бо­леть в доб­ром здра­вии». На дру­гой день дал маль­чи­ку яб­лоч­ко: «Вот те­бе ле­кар­ство». И, бла­го­слов­ляя их в путь, ска­зал: «Во вре­мя оста­нов­ки, ко­гда бу­де­те ло­ша­дей кор­мить, пусть вы­пьет ки­пя­точ­ку и бу­дет здо­ров». Так они и сде­ла­ли. Маль­чик вы­пил ки­пя­точ­ку, за­снул, а ко­гда проснул­ся, был здо­ров.

При­ни­мал пре­по­доб­ный ста­рец Нек­та­рий по­се­ти­те­лей в «хи­бар­ке» преж­них стар­цев, ино­гда он остав­лял на сто­ле в при­ём­ной кни­ги, и по­се­ти­те­ли в ожи­да­нии при­ё­ма смот­ре­ли эти кни­ги и, ли­стая их, на­хо­ди­ли от­ве­ты на свои во­про­сы. А пре­по­доб­ный Нек­та­рий по сво­е­му сми­ре­нию за­ме­чал, что они при­хо­дят к пре­по­доб­но­му стар­цу Ам­вро­сию, и са­ма кел­лия го­во­рит за него.

У ба­тюш­ки был кот, ко­то­рый его необык­но­вен­но слу­шал­ся, и ба­тюш­ка лю­бил го­во­рить: «Ста­рец Ге­ра­сим был ве­ли­кий ста­рец, по­то­му у него был лев, а мы ма­лы – и у нас кот».

Внешне ста­рец был невы­со­ко­го ро­ста, сог­бен­ный, с округ­лым ли­цом и неболь­шой кли­но­об­раз­ной бо­род­кой. Ли­цо его как бы не име­ло воз­рас­та – то древ­нее, су­ро­вое, то мо­ло­дое по жи­во­сти и вы­ра­зи­тель­но­сти мыс­ли, то дет­ское по чи­сто­те и по­кою. Хо­дил он лёг­кой, сколь­зя­щей по­ход­кой, как бы ед­ва ка­са­ясь зем­ли. Лишь пе­ред са­мой смер­тью он пе­ре­дви­гал­ся с тру­дом, но­ги рас­пух­ли как брёв­на, со­чи­лись су­кро­ви­цей – это ска­за­лось мно­го­лет­нее сто­я­ние на мо­лит­ве.

Для каж­до­го че­ло­ве­ка у стар­ца был свой под­ход, «своя ме­ра», по­рой он остав­лял по­се­ти­те­ля од­но­го в ти­шине «хи­бар­ки» по­быть на­едине со сво­и­ми мыс­ля­ми, ино­гда дол­го и ожив­лен­но бе­се­до­вал, удив­ляя со­бе­сед­ни­ка сво­и­ми по­зна­ни­я­ми, и лю­ди спра­ши­ва­ли: «Где же ста­рец окон­чил уни­вер­си­тет?» И не мог­ли по­ве­рить, что он ни­где не учил­ся. «Вся на­ша об­ра­зо­ван­ность от Пи­са­ния», – го­во­рил о се­бе ста­рец.

Вы­со­ко це­нил ста­рец по­слу­ша­ние. Мит­ро­по­ли­та Ве­ни­а­ми­на (Фед­чен­ко­ва) он на­став­лял: «При­ми­те со­вет на всю ва­шу жизнь: ес­ли на­чаль­ни­ки или стар­шие вам пред­ло­жат что-ни­будь, то, как бы труд­но ни бы­ло или как бы вы­со­ко ни ка­за­лось, не от­ка­зы­вай­тесь. Бог за по­слу­ша­ние по­мо­жет». На­гляд­ный урок по­слу­ша­ния он дал сту­ден­ту Ва­си­лию Шу­ст­и­ну (бу­ду­ще­му про­то­и­е­рею), как-то ска­зав, что на­учит его ста­вить са­мо­вар, по­то­му что ско­ро при­дёт вре­мя, ко­гда у него не бу­дет при­слу­ги и при­дёт­ся са­мо­му ста­вить се­бе са­мо­вар. Юно­ша с удив­ле­ни­ем по­смот­рел на стар­ца, недо­уме­вая, ку­да мо­жет деть­ся со­сто­я­ние их се­мьи, но по­слуш­но по­шёл за ба­тюш­кой в кла­дов­ку, где сто­ял са­мо­вар. Отец Нек­та­рий ве­лел на­лить в этот са­мо­вар во­ды из боль­шо­го мед­но­го кув­ши­на.

– Ба­тюш­ка, он слиш­ком тя­жё­лый, я его с ме­ста не сдви­ну, – воз­ра­зил Ва­си­лий.

То­гда ба­тюш­ка по­до­шёл к кув­ши­ну, пе­ре­кре­стил его и ска­зал: «Возь­ми!» И сту­дент лег­ко под­нял кув­шин, не чув­ствуя тя­же­сти. «Так вот, – на­ста­вил отец Нек­та­рий, – вся­кое по­слу­ша­ние, ко­то­рое нам ка­жет­ся тя­жё­лым, при ис­пол­не­нии бы­ва­ет очень лёг­ким, по­то­му что де­ла­ет­ся как по­слу­ша­ние».

Как-то спро­си­ли стар­ца, дол­жен ли он брать на се­бя стра­да­ния и гре­хи при­хо­дя­щих к нему, чтобы об­лег­чить их или уте­шить. «Ина­че об­лег­чить нель­зя, – от­ве­тил он. – И вот чув­ству­ешь ино­гда, что на те­бе слов­но го­ра кам­ней – так мно­го гре­ха и бо­ли при­нес­ли те­бе, и пря­мо не мо­жешь сне­сти её. То­гда при­хо­дит бла­го­дать и раз­мё­ты­ва­ет эту го­ру кам­ней, как го­ру су­хих ли­стьев. И мо­жешь при­ни­мать сно­ва».

Ста­рец ча­сто и с лю­бо­вью го­во­рил о мо­лит­ве. Он учил по­сто­ян­ству в мо­лит­ве, счи­тая доб­рым зна­ком от Гос­по­да неис­пол­не­ние про­ше­ний. «На­до про­дол­жать мо­лить­ся и не уны­вать, – по­учал ба­тюш­ка. – Мо­лит­ва – это ка­пи­тал. Чем доль­ше ле­жит, тем боль­ше про­цен­тов при­но­сит. Гос­подь по­сы­ла­ет Свою ми­лость то­гда, ко­гда Ему это бла­го­угод­но, ко­гда нам по­лез­но её при­нять. Ино­гда через год Гос­подь ис­пол­ня­ет про­ше­ние. При­мер на­до брать с Иоаки­ма и Ан­ны. Они всю жизнь мо­ли­лись и не уны­ва­ли, и ка­кое Гос­подь по­слал им уте­ше­ние!» Од­на­жды по­со­ве­то­вал: «Мо­ли­тесь про­сто: «Гос­по­ди, да­руй мне бла­го­дать Твою!» На вас идёт ту­ча скор­бей, а вы мо­ли­тесь: «Гос­по­ди, да­руй мне бла­го­дать Твою!» И Гос­подь про­не­сёт ми­мо вас гро­зу».

По­сле за­кры­тия мо­на­сты­ря в Верб­ное вос­кре­се­нье 1923 го­да пре­по­доб­но­го Нек­та­рия аре­сто­ва­ли. Стар­ца по­ве­ли в мо­на­стыр­ский хлеб­ный кор­пус, пре­вра­щён­ный в тюрь­му. Он шёл по мар­тов­ской об­ле­де­нев­шей до­рож­ке и па­дал. Ком­на­та, ку­да его по­са­ди­ли, бы­ла пе­ре­го­ро­же­на не до са­мо­го вер­ха, а во вто­рой по­ло­вине си­де­ли кон­во­и­ры и ку­ри­ли. Ста­рец за­ды­хал­ся от ды­ма. В Страст­ной Чет­верг его увез­ли в тюрь­му в Ко­зельск. Позд­нее из-за бо­лез­ни глаз стар­ца пе­ре­ве­ли в боль­ни­цу, но по­ста­ви­ли ча­со­вых.

По вы­хо­де из тюрь­мы вла­сти по­тре­бо­ва­ли, чтобы отец Нек­тарий по­ки­нул Ка­луж­скую об­ласть. Ста­рец жил в се­ле Хол­ми­щи Брян­ской об­ла­сти у од­но­го кре­стья­ни­на, род­ствен­ни­ка ду­хов­но­го сы­на ба­тюш­ки. ЧК гро­зи­ла это­му кре­стья­ни­ну ссыл­кой на Кам­чат­ку за то, что он при­ютил стар­ца. Осе­нью 1927 го­да его об­ло­жи­ли осо­бен­но тя­жё­лым на­ло­гом.

В Хол­ми­щи, невзи­рая на труд­но­сти, до­би­ра­лись ду­хов­ные ча­да в по­ис­ках уте­ше­ния и со­ве­та, к стар­цу по­тя­нул­ся по­ток лю­дей со всех кон­цов Рос­сии. Свя­той пат­ри­арх Ти­хон со­ве­то­вал­ся с пре­по­доб­ным Нек­та­ри­ем через сво­их до­ве­рен­ных лиц. До­би­рать­ся до се­ла, осо­бен­но вес­ной, из-за раз­ли­ва рек, бы­ло труд­но, да­же со­об­ще­ние на ло­ша­дях пре­кра­ща­лось. По­рой при­хо­ди­лось ид­ти пеш­ком в об­ход до се­ми­де­ся­ти пя­ти вёрст ми­мо ле­са, где бы­ло мно­го вол­ков. Они ча­сто вы­хо­ди­ли на до­ро­гу и вы­ли, но по свя­тым мо­лит­вам стар­ца ни­ко­го не тро­га­ли.

Пре­по­доб­ный Нек­та­рий, бу­дучи про­вид­цем, пред­ска­зы­вал в 1917 го­ду: «Рос­сия вос­прянет и бу­дет ма­те­ри­аль­но не бо­га­та, но ду­хом бу­дет бо­га­та, и в Оп­ти­ной бу­дет еще семь све­тиль­ни­ков, семь стол­пов».

С 1927 го­да ста­рец стал се­рьёз­но недо­мо­гать, си­лы его уга­са­ли. В де­каб­ре со­сто­я­ние здо­ро­вья рез­ко ухуд­ши­лось, ре­ши­ли, что отец Нек­та­рий уми­ра­ет, но за­тем на­сту­пи­ло неко­то­рое улуч­ше­ние. В ап­ре­ле ба­тюш­ке опять ста­ло пло­хо. К нему при­ез­жал отец Сер­гий Ме­чев, он при­ча­стил стар­ца. 29 ап­ре­ля 1928 го­да до Хол­мищ с тру­дом до­брал­ся отец Адри­ан, на ру­ках ко­то­ро­го пре­по­доб­ный Нек­та­рий скон­чал­ся в эту же ночь. Неза­дол­го до кон­чи­ны на во­прос, где его хо­ро­нить, ста­рец ука­зал на мест­ное клад­би­ще. Ко­гда его спра­ши­ва­ли, не от­вез­ти ли его те­ло в Ко­зельск, от­ри­ца­тель­но ка­чал го­ло­вой. Ста­рец не ве­лел хо­ро­нить его и воз­ле По­кров­ской церк­ви в се­ле Хол­ми­щи, ска­зав, что там бу­дет ху­же сви­но­го паст­би­ща. Так и слу­чи­лось. Храм раз­ру­ши­ли, а на со­бор­ной пло­ща­ди устро­и­ли яр­мар­ку и танц­пло­щад­ку. Ис­пол­няя же­ла­ние стар­ца, его по­греб­ли на мест­ном сель­ском клад­би­ще в двух-трёх вер­стах от се­ла Хол­ми­щи.

В 1935 го­ду гра­би­те­ли раз­ры­ли мо­ги­лу стар­ца, на­де­ясь най­ти там цен­но­сти. Они со­рва­ли крыш­ку гро­ба и от­кры­тый гроб по­ста­ви­ли, при­сло­нив к де­ре­ву. Утром кол­хоз­ни­ки, при­шед­шие на клад­би­ще, уви­де­ли, что ста­рец сто­ит нетлен­ный – вос­ко­вая ко­жа, мяг­кие ру­ки. Гроб за­кры­ли и опу­сти­ли в мо­ги­лу с пе­ни­ем «Свя­тый Бо­же».

По­сле воз­рож­де­ния Оп­ти­ной пу­сты­ни, 3/16 июля 1989 го­да, в день па­мя­ти мит­ро­по­ли­та Мос­ков­ско­го Филип­па, со­сто­я­лось об­ре­те­ние мо­щей пре­по­доб­но­го Нек­та­рия. Ко­гда тор­же­ствен­ная про­цес­сия дви­га­лась по оби­те­ли, от мо­щей ис­хо­ди­ло чуд­ное бла­го­уха­ние: ман­тия стар­ца ока­за­лась нетлен­ной, мо­щи бы­ли ян­тар­но­го цве­та. В 1996 го­ду пре­по­доб­ный Нек­та­рий был при­чис­лен к ли­ку мест­но­чти­мых свя­тых Оп­ти­ной пу­сты­ни, а в ав­гу­сте 2000 го­да – Юби­лей­ным Ар­хи­ерей­ским Со­бо­ром Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви про­слав­лен для об­ще­цер­ков­но­го по­чи­та­ния. В на­сто­я­щее вре­мя ра­ка с мо­ща­ми стар­ца Нек­та­рия на­хо­дит­ся в за­пад­ной ча­сти Ам­вро­си­ев­ско­го при­де­ла Вве­ден­ско­го со­бо­ра оби­те­ли.

Как при жиз­ни стар­ца, так и по­сле его бла­жен­ной кон­чи­ны каж­дый, кто об­ра­ща­ет­ся к нему с ис­тин­ной ве­рой, по­лу­ча­ет бла­го­дат­ную по­мощь. По мо­лит­вам пре­по­доб­но­го Нек­та­рия лю­ди вы­хо­дят из труд­ных жиз­нен­ных си­ту­а­ций, со­вер­ша­ют­ся чу­де­са ду­хов­но­го и те­лес­но­го ис­це­ле­ния. Пре­по­добне от­че наш Нек­та­рие, мо­ли Бо­га о нас!

Молитва Оптинских Старцев

Оптина пустынь — особо место, у монастыря непростая история. В годы богоборчества Оптинские монахи принимали смерть за веру во Христа. Молитвы Оптинских старцев являли миру чудеса веры.

Молитва последних Оптинских Старцев на начало дня

Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день.

Дай мне всецело предаться воле Твоей Святой.

Во всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня.

Какие бы я не получал известия в течение дня, научи меня принять их со спокойной душою и твердым убеждением, что на все Твоя Святая воля.

Во всех словах и делах моих — руководи моими мыслями и чувствами.

Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что все ниспослано Тобою.

Научи меня прямо и разумно действовать с каждым членом семьи моей, никого не смущая и не огорчая.

Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и всех событий его.

Руководи моею волею и научи меня молиться, верить, надеяться, терпеть, прощать и любить. Аминь.

Молитвы Оптинских Старцев о семье

В руце превеликаго милосердия, о, Боже мой, вручаю: душу мою и многоболезненное тело, мужа, от Тебе мне даннаго, и всех возлюбленных детей. Ты буди Помощником нашим и Покровителем во всей жизни нашей, во исходе нашем и по кончине, в радости и печали, в счастии и несчастии, в болезни и здоровье, в жизни и смерти, во всем да будет с нами воля Твоя святая, яко на небеси и на земли. Аминь.

Молитва матери о своих детях

Молитву эту, составленную прп. Амвросием Оптинским, раздавали верующим в Казанской Амвросиевской женской пустыни при с. Шамордино.

Б оже! Создатель всех тварей, прилагая милость к милости, Ты соделал меня достойной быть матерью семейства; благодать Твоя даровала мне детей, и я дерзаю сказать: они Твои дети! Потому что Ты даровал им бытие, оживотворил их душою бессмертною, возродил их крещением для жизни, сообразной с Твоей волей, усыновил их и принял в недра Церкви Своей, Господи!

Сохрани их в благодатном состоянии до конца жизни; сподоби их быть причастниками таинств Твоего Завета; освящай Твоею истиною; да святится в них и через них святое имя Твое!

Ниспосли мне Твою благодатную помощь в их воспитании для славы имени Твоего и пользы ближняго! Подаждь мне для сей цели способы, терпение и силы!

Научи меня насадить в их сердце корень истинной мудрости — страх Твой! Озари их светом управляющей вселенною Твоей мудрости!

Да возлюбят Тебя всею душою и помышлением своим; да прилепятся к Тебе всем сердцем и во всю жизнь свою да трепещут слов Твоих!

Даруй мне разум убедить их, что истинная жизнь состоит в соблюдении заповедей Твоих; что труд, укрепляемый благочестием, доставляет в сей жизни безмятежное довольствие, а в вечности — неизреченное блаженство. Открой им разумение Твоего Закона!

Да до конца дней своих содействуют в чувстве вездеприсутствия Твоего; насади в их сердце страх и отвращение от всякого беззакония: да будут непорочными в путях своих; да памятуют всегда, что Ты, Всеблагий Боже, ревнитель закона и правды Твоей!

Соблюди их в целомудрии и благоговении к имени Твоему! Да не порочат Церкви Твоей своим поведением, но да живут по ее предписаниям.

Одушеви их охотою к полезному учению и соделай способными на всякое доброе дело!

Да приобретут истинное понятие о тех предметах, коих сведения необходимы в их состоянии; да просветятся познаниями благодетельными для человечества.

Господи! Умудри меня напечатлеть неизгладимыми чертами в уме и сердце детей моих опасение содружеств с не знающими страха Твоего, внушить им всемерное удаление от всякого союза с беззаконными; да не внимают они гнилым беседам; да не слушают людей легкомысленных; да не совратят их с пути Твоего дурные примеры; да не соблазнятся они тем, что иногда путь беззаконных благоуспешен в сем мире.

Отче Небесный! Даруй мне благодать всемерно беречься подавать детям моим соблазн моими поступками, но, постоянно имея в виду их поведение, отвлекать их от заблуждения, исправлять их погрешности, обуздывать упорство и строптивость их, воздерживать от стремления к суете и легкомыслию; да не увлекаются они безумными помыслами; да не ходят вслед сердца своего; да не забудут Тебя и Закона Твоего.

Читайте также:  Анна и Иоаким: житие святых, день памяти, молитва

Да не погубит беззаконие ума и здоровья их, да не расслабят грехи душевных и телесных сил их.

Судия Праведный, наказывающий детей за грехи родителей до третьего и четвертого рода, отврати такую кару от детей моих, не наказывай их за грехи мои, но окропи их росою благодати Твоей; да преуспевают в добродетели и святости; да возрастают в благоволении Твоем и в любви людей благочестивых. Отче щедрот и всякого милосердия!

По чувству родительскому я желала бы детям своим всякого обилия благ земных, желала бы им благословения от росы небесной и от тука земного, но да будет с ними святая воля Твоя!

Устрой судьбу их по Твоему благоволению, не лиши их в жизни насущного хлеба, ниспосылай им все необходимое во времени для приобретения блаженной вечности; будь милостив к ним, когда согрешат перед Тобою; не вменяй им грехов юности и неведения их; приведи в сокрушение их сердца, когда будут противиться руководству благости Твоей; карай их и милуй, направляя на путь, благоугодный Тебе, но не отвергай их от лица Твоего!

Принимай с благоволением молитвы их; даруй им успех во всяком добром деле; не отврати лица Твоего от них во дни скорби их, да не постигнут их искушения выше сил их. Осеняй их Твоею милостью; да ходит Ангел Твой с ними и сохранит их от всякого несчастия и злого пути. Всеблагий Боже!

Соделай меня матерью, веселящеюся о детях своих, да будут они отрадою моею в дни жизни моей и опорою мне в старости моей. Удостой меня, с упованием на Твое милосердие, предстать с ними на Страшном суде Твоем и с недостойным дерзновением сказать: Вот я и дети мои, которых Ты дал мне, Господи!

Да совокупно с ними, прославляя неизреченную благость и вечную любовь Твою, превозношу пресвятое имя Твое, Отче, Сыне и Душе Святый, во веки веков. Аминь.

Молитвы Оптинских Старцев от антихриста

Молитва преподобного Анатолия Оптинского (Потапова)

От антихриста

Избави мя, Господи, от обольщения богомерзкаго злохитраго антихриста близгрядущаго, и укрый мя от сетей его в сокровенней пустыне спасения Твоего. Даждь ми, Господи, крепость и мужество твердаго исповедания Имени Твоего Святаго, да не отступлю страха ради диавольскаго, да не отрекуся от Тебе, Спасителя и Искупителя моего, от святыя Твоея Церкве. Но даждь ми, Господи, день и ночь плач и слезы о гресех моих и пощади мя, Господи, в час Страшнаго Суда Твоего. Аминь.

Молитва преподобного Нектария Оптинского

От антихриста

Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, грядый судити живым и мертвым, помилуй нас, грешных, прости грехопадения всей нашей жизни и ими же веси судьбами сокрый нас от лица антихриста в сокровенной пустыне спасения Твоего. Аминь.

Молитвы Оптинских Старцев за врагов и при скорби

За врагов

Ненавидящих и обидящих нас, рабов Твоих (имена), прости, Господи, Человеколюбче: не ведят бо, что творят, и согрей их сердце на любовь к нам, недостойным.

При скорби

Слава Тебе, Боже мой, за посланную мне скорбь, достойное по делом моим ныне приемлю. Помяни мя, егда приидеши во Царствии Твоем, и да будет на вся воля Твоя едина, благая и совершенная.

ПРЕПОДОБНЫЙ НЕКТАРИЙ ОПТИНСКИЙ

Рождение: 1853 г.

Кончина (день памяти): 29 апреля/12 мая 1928 г.

Обретение мощей: 3/16 июля 1989 г.

КРАТКОЕ ЖИТИЕ

Последним соборно избранным Оптинским старцем был преподобный Нектарий, ученик скитоначальника преподобного Анатолия (Зерцалова) и преподобного старца Амвросия. Он нёс крест старческого служения в годы тяжёлых испытаний для Русской Православной Церкви, для всей России. Пятьдесят лет Старец Нектарий провёл в Скиту Оптиной Пустыни, из них двадцать — в затворе. Он восходил по духовной лестнице от затвора к общественному служению и был достойным продолжателем Оптинского старчества. Наделённый Богом великим даром пророчества и прозорливости, он задолго до революции и гражданской войны видел грядущие беды и скорби людей. Старец Нектарий молился за всю Россию, утешал людей, укреплял их в вере. В годы тяжёлых искушений преподобный Нектарий брал на себя бремя людских грехов. Он разделил участь многих своих верующих соотечественников: был гоним, сослан, почил в изгнании. О его жизненном пути — в связи с гонениями на Церковь, преследованием монашества — известно меньше, чем о его прославленных предшественниках.

Преподобный Нектарий (в миру Николай Васильевич Тихонов) родился в 1853 году в городе Ельце Орловской губернии в бедной семье Василия и Елены Тихоновых. Отец его был рабочим на мельнице и умер, когда сыну было всего семь лет. Перед кончиной он благословил сына иконой Святителя Николая, поручая его попечительству своё чадо. С этой иконой Старец не расставался всю жизнь.

Позднее преподобный Нектарий рассказы о своём детстве часто начинал словами: «Было это в младенчестве моём, когда жил я с маменькой. Двое нас было на белом свете, да ещё кот жил с нами. Мы низкого были звания и притом бедные. Кому нужны такие?» С матерью у Николая были самые теплые и сердечные отношения. Она больше действовала кротостью и умела тронуть его сердце. Но и мать его умерла рано. Остался мальчик круглым сиротой. С 11 лет он стал работать в лавке богатого купца. Был Николай трудолюбив и к 17 годам дослужился до младшего приказчика. В свободное время юноша очень любил ходить в храм и читать церковные книги. Его отличали кротость, скромность, душевная чистота.

Когда юноше исполнилось двадцать лет, старший приказчик задумал женить его на своей дочери. В то время в Ельце жила почти столетняя схимница, старица Феоктиста, духовная дочь святителя Тихона Задонского. Хозяин отправил к ней юношу за благословением на брак. А схимница благословила его пойти в Оптину к старцу Илариону. Хозяин отпустил юношу в Оптину, и Николай отправился в путь.

В 1873 году пришел он в Оптину пустынь, неся в котомке за спиной одно лишь Евангелие. Здесь Промыслом Божиим он обрел свое истинное назначение. Ибо во власти Господа, а не во власти идущего давать направление стопам своим (Иер. 10:23). Сначала юноша пошёл к скитоначальнику старцу Илариону, а тот отправил его к преподобному Амвросию. В то время к великому старцу Амвросию приходило так много людей, что дожидаться приёма приходилось неделями. Но Николая он принял сразу и говорил с ним два часа. О чем была их беседа, преподобный Нектарий никому не открывал, но после нее навсегда остался в скиту. Стал он духовным сыном преподобного Анатолия (Зерцалова), а на совет ходил к преподобному старцу Амвросию.

Первым послушанием его в Оптиной было ухаживать за цветами, потом его назначили на пономарское послушание. У преподобного Нектария была келия, выходившая дверью в церковь, в ней он прожил двадцать лет, не разговаривая ни с кем из монахов: только сходит к старцу или духовнику и обратно. Сам он любил повторять, что для монаха есть только два выхода из келии — в храм да в могилу. На этом послушании он часто опаздывал в церковь и ходил с заспанными глазами. Братия жаловались на него старцу Амвросию, на что он отвечал: «Подождите, Николка проспится, всем пригодится».

Под руководством своих великих наставников преподобный Нектарий быстро возрастал духовно. 14 марта 1887 года он был пострижен в мантию, 19 января 1894 года был посвящен в иеродиакона, а еще через четыре года был рукоположен Калужским архиереем в иеромонаха. Было ему тогда тридцать четыре года.

Уже в эти годы он исцелял больных, обладал даром прозорливости, чудотворения и рассуждения. Но по своему смирению эти высокие духовные дарования он скрывал под внешним юродством. На юродство он имел благословение старцев. Оптинские старцы часто прикрывали своё духовное величие юродством — шутками, чудачеством, неожиданными резкостями или непривычной простотой в обращении со знатными и заносчивыми посетителями.

В 1912 году оптинская братия избрала его в старцы. Но преподобный Нектарий отказывался, говоря: «Нет, отцы и братия! Я скудоумен и такой тяготы понести не могу». И только по послушанию он согласился принять на себя старчество.

В первое время после избрания старцем отец Нектарий усилил юродство. Приобрёл музыкальный ящик и граммофон с духовными пластиками, но скитское начальство запретило ему их заводить, играл игрушками. Была у него птичка-свисток, и он заставлял в неё дуть взрослых людей, которые приходили к нему с пустыми горестями. Был волчок, который он давал запускать своим посетителям. Были детские книги, которые он раздавал читать взрослым людям.

В юродстве Старца часто содержались пророчества, смысл которых открывался часто лишь по прошествии времени. Например, люди недоумевали и смеялись над тем, как старец Нектарий внезапно зажигал электрический фонарик и с самым серьезным видом ходил с ним по своей келье, осматривая все углы и шкафы. А после 1917 года вспомнили это «чудачество» совсем иначе: именно так, во тьме, при свете фонариков, большевики обыскивали кельи монахов, в том числе и комнату старца Нектария. За полгода до революции Старец стал ходить с красным бантом на груди — так он предсказывал наступающие события. Или насобирает всякого хлама, сложит в шкафчик и всем показывает: «Это мой музей». И действительно, после закрытия Оптиной в скиту был музей.

Часто вместо ответа отец Нектарий расставлял перед посетителями куклы и разыгрывал маленький спектакль. Куклы, персонажи спектакля, давали ответы на вопросы своими репликами. Так, владыка Феофан Калужский, не верил в святость Старца. Как-то приехал он в Оптину и зашёл к отцу Нектарию. Тот, не обращая на него никакого внимания, играл в куклы: одну наказывал, другую бил, третью сажал в тюрьму. Владыка, наблюдая это, утвердился в своём мнении. Позже, когда большевики посадили его в тюрьму, он говорил: «Грешен я перед Богом и перед Старцем. Всё, что он мне показывал тогда, было про меня, а я решил, что он ненормальный».

Однажды старец Варсонофий, будучи ещё послушником, проходил мимо домика отца Нектария. А он стоит на своём крылечке и говорит: «Жить тебе осталось ровно двадцать лет». Это пророчество впоследствии исполнилось в точности.

Протоиерей Василий Шустин рассказывал, как Батюшка, не читая, разбирал письма: «Одни письма он откладывал со словами: Сюда надо дать ответ, а эти письма благодарственные, их можно без ответа оставить». Он их не читал, но видел их содержание. Некоторые из них он благословлял, а некоторые и целовал».

Известны многочисленные случаи, когда Батюшка исцелял смертельно больных людей. Приехала в Оптину мать, дочь которой страдала неизлечимой болезнью. От больной отказались все врачи. Мать дожидалась старца в приёмной и вместе с другими богомольцами благословилась у него. Она ещё не успела сказать ему ни слова, как Старец обратился к ней сам: «Ты пришла молиться о больной дочери? Она будет здорова». Он дал матери семь пряников и велел: «Пусть каждый день дочь съедает по одному и почаще причащается, будет здорова». Когда мать вернулась домой, дочка с верой приняла пряники, после седьмого причастилась и выздоровела. Болезнь к ней больше не возвращалась.

Как-то приехала к нему монахиня Нектария с мальчиком-подростком, который вдруг заболел. Температура поднялась до сорока градусов. Она и говорит Батюшке: «Олежек у меня заболел». А он отвечает: «Хорошо поболеть в добром здравии». На другой день дал мальчику яблочко: «Вот тебе лекарство». И, благословляя их в путь, сказал: «Во время остановки, когда будете лошадей кормить, пусть выпьет кипяточку и будет здоров». Так они и сделали. Мальчик выпил кипяточку, заснул, а когда проснулся, был здоров.

Принимал преподобный старец Нектарий посетителей в «хибарке» прежних старцев, иногда он оставлял на столе в приемной книги, и посетители в ожидании приема смотрели эти книги и, листая их, находили ответы на свои вопросы. А преподобный Нектарий по своему смирению замечал, что они приходят к преподобному старцу Амвросию и сама келия говорит за него.

У Батюшки был кот, который его необыкновенно слушался, и Батюшка любил говорить: «Старец Герасим был великий старец, потому у него был лев, а мы малы — и у нас кот».

Внешне старец был невысокого роста, согбенный, с округлым лицом и небольшой клинообразной бородкой. Лицо его как бы не имело возраста — то древнее, суровое, то молодое до живости и выразительности мысли, то детское по чистоте и покою. Ходил он лёгкой, скользящей походкой, как бы едва касаясь земли. Лишь перед самой смертью он передвигался с трудом, ноги распухли как брёвна, сочились сукровицей — это сказалось многолетнее стояние на молитве.

Для каждого человека у старца был свой подход, «своя мера», порой он оставлял посетителя одного в тишине «хибарки» побыть наедине со своими мыслями, иногда долго и оживленно беседовал, удивляя собеседника своими познаниями, и люди спрашивали: «Где же старец окончил университет?» И не могли поверить, что он нигде не учился. «Вся наша образованность от Писания», — говорил о себе старец.

Высоко ценил Старец послушание. Митрополита Вениамина (Федченкова) он наставлял: «Примите совет на всю вашу жизнь: если начальники или старшие вам предложат что-нибудь, то, как бы трудно ни было или как бы высоко не казалось, не отказывайтесь. Бог за послушание поможет». Наглядный урок послушания он дал студенту Василию Шустину (будущему протоиерею), как-то сказав, что научит его ставить самовар, потому что скоро придёт время, когда у него не будет прислуги и придётся самому ставить себе самовар. Юноша с удивлением посмотрел на Старца, недоумевая, куда может деться состояние их семьи, но послушно пошёл за батюшкой в кладовку, где стоял самовар. Отец Нектарий велел налить в этот самовар воды из большого медного кувшина.

– Батюшка, он слишком тяжёлый, я его с места не сдвину, — возразил Василий.

Тогда Батюшка подошёл к кувшину, перекрестил его и сказал: «Возьми!» И студент легко поднял кувшин, не чувствуя тяжести. «Так вот, — наставил отец Нектарий, — всякое послушание, которое нам кажется тяжёлым, при исполнении бывает очень лёгким, потому что делается как послушание».

Как-то спросили Старца, должен ли он брать на себя страдания и грехи приходящих к нему, чтобы облегчить их или утешить. «Иначе облегчить нельзя, — ответил он. — И вот чувствуешь иногда, что на тебе словно гора камней — так много греха и боли принесли тебе, и прямо не можешь снести её. Тогда приходит благодать и размётывает эту гору камней, как гору сухих листьев. И можешь принимать снова».

Старец часто и с любовью говорил о молитве. Он учил постоянству в молитве, считая добрым знаком от Господа неисполнение прошений. «Надо продолжать молиться и не унывать, — поучал Батюшка. — Молитва — это капитал. Чем дольше лежит, тем больше процентов приносит. Господь посылает Свою милость тогда, когда Ему это благоугодно, когда нам полезно её принять. Иногда через год Господь исполняет прошение. Пример надо брать с Иоакима и Анны. Они всю жизнь молились и не унывали, и какое Господь послал им утешение!» Однажды посоветовал: «Молитесь просто: «Господи, даруй мне благодать Твою!» На вас идёт туча скорбей, а вы молитесь: «Господи, даруй мне благодать Твою!» И Господь пронесёт мимо вас грозу».

После закрытия монастыря в Вербное воскресенье 1923 года преподобного Нектария арестовали. Старца повели в монастырский хлебный корпус, превращённый в тюрьму. Он шёл по мартовской обледеневшей дорожке и падал. Комната, куда его посадили, была перегорожена не до самого верха, а во второй половине сидели конвоиры и курили. Старец задыхался от дыма. В Страстной Четверг его увезли в тюрьму в Козельск. Позднее из-за болезни глаз Старца перевели в больницу, но поставили часовых.

По выходе из тюрьмы власти потребовали, чтобы отец Нектарй покинул Калужскую область. Старец жил в селе Холмищи Брянской области у одного крестьянина, родственника духовного сына Батюшки. ЧК грозила этому крестьянину ссылкой на Камчатку за то, что он приютил Старца. Осенью 1927 года его обложили особенно тяжёлым налогом.

В Холмищи, невзирая на трудности, добирались духовные чада в поисках утешения и совета, к Старцу потянулся поток людей со всех концов России. Святой Патриарх Тихон советовался с преподобным Нектарием через своих доверенных лиц. Добираться до села, особенно весной, из-за разлива рек, было трудно, даже сообщение на лошадях прекращалось. Порой приходилось идти пешком в обход до семидесяти пяти вёрст мимо леса, где было много волков. Они часто выходили на дорогу и выли, но, по Святым молитвам Старца, никого не трогали.

Преподобный Нектарий, будучи провидцем, предсказывал в 1917 году: «Россия воспрянет и будет материально небогата, но духом будет богата, и в Оптиной будет еще семь светильников, семь столпов».

С 1927 года Старец стал серьёзно недомогать, силы его угасали. В декабре состояние здоровья резко ухудшилось, решили, что отец Нектарий умирает, но затем наступило некоторое улучшение. В апреле Батюшке опять стало плохо. К нему приезжал отец Сергий Мечев, он причастил Старца. 29 апреля 1928 года до Холмищ с трудом добрался отец Адриан, на руках которого преподобный Нектарий скончался в эту же ночь. Незадолго до кончины на вопрос, где его хоронить, Старец указал на местное кладбище. Когда его спрашивали, не отвезти ли его тело в Козельск, отрицательно качал головой. Старец не велел хоронить его и возле Покровской церкви в селе Холмищи, сказав, что там будет хуже свиного пастбища. Так и случилось. Храм разрушили, а на соборной площади устроили ярмарку и танцплощадку. Исполняя желание Старца, его погребли на местном сельском кладбище в двух-трёх верстах от села Холмищи.

В 1935 году грабители разрыли могилу Старца, надеясь найти там ценности. Они сорвали крышку гроба и открытый гроб поставили, прислонив к дереву. Утром колхозники, пришедшие на кладбище, увидели, что Старец стоит нетленный — восковая кожа, мягкие руки. Гроб закрыли и опустили в могилу с пением «Святый Боже».

После возрождения Оптиной пустыни, 3/16 июля 1989 года, в день памяти митрополита Московского Филиппа, состоялось обретение мощей преподобного Нектария. Когда торжественная процессия двигалась по обители, от мощей исходило чудное благоухание: мантия старца оказалась нетленной, мощи были янтарного цвета. В 1996 году преподобный Нектарий был причислен к лику местночтимых Святых Оптиной Пустыни, а в августе 2000 года — Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви прославлен для общецерковного почитания. В настоящее время рака с мощами старца Нектария находится в западной части Амвросиевского придела Введенского собора обители.

Как при жизни старца, так и после его блаженной кончины каждый, кто обращается к нему с истинной верой, получает благодатную помощь. По молитвам преподобного Нектария люди выходят из трудных жизненных ситуаций, совершаются чудеса духовного и телесного исцеления. Преподобне отче наш Нектарие, моли Бога о нас!

Молитва оптинских старцев – кто ее написал?

Даже среди малоцерковных людей многие знают молитву Оптинских старцев и время от времени прибегают к ней. А люди церковные нередко включают ее в свое регулярное молитвенное правило, ведь эта молитва так емко и точно выражает мысли и чувства, с которыми верующий человек встречает новый день. Когда появилась эта молитва. И есть ли у нее автор? «Фома» попытался найти ответы на эти вопросы

Редкий молитвослов сегодня обходится без молитвы оптинских старцев. Тем не менее, не будет лишним еще раз напомнить, как она звучит:

Читайте также:  Пимен Великий: житие святого, день памяти, молитва

«Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день. Дай мне всецело предаться воле Твоей святой. На всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня. Какие бы я ни получал известия в течение дня, научи меня принять их со спокойной душою и твердым убеждением, что на все святая воля Твоя. Во всех словах и делах моих руководи моими мыслями и чувствами. Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что все ниспослано Тобою. Научи меня прямо и разумно действовать с каждым членом семьи моей, никого не смущая и не огорчая. Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и все события в течение дня. Руководи моею волею и научи меня молиться, верить, надеяться, терпеть, прощать и любить. Аминь».

Текст этой молитвы найти легко. А как она сложилась и кто именно из старцев Введенского ставропигиального мужского монастыря Оптина Пустынь является ее автором, выяснить гораздо более затруднительно.

Существует предание,

согласно которому центральную часть этой молитвы сложил самый известный из оптинских старцев, преподобный Амвросий (Гренков). Об этом даже повествуют некоторые версии его жития. Другие старцы, жившие после него, вносили в молитву свои дополнения, дописывали по слову или по строчке, гласит это предание, – так и сложилась молитва, которую мы читаем сегодня.

Есть и другая точка зрения:

согласно ей, эта молитва была составлена последними старцами Оптиной Пустыни, жившими в обители незадолго до и сразу после ее закрытия в 1923 году, – преподобными Иосифом (Литовкиным; преставился в 1911 году), Варсонофием (Плиханковым; скончался в 1913 году), Анатолием (Потаповым; 1922 год), Нектарием (Тихоновым; 1928 год) и другими.

А как на самом деле?

Оказывается, авторство оптинских старцев в данном случае довольно условно.

Существуют отдельные молитвы, которые, судя по всему, действительно были записаны со слов подвижников Оптиной (такие, например, как молитва матери о детях, составленная преподобным Амвросием). Но с молитвой оптинских старцев дело обстоит иначе.

Старцы никогда не собирались вместе для того, чтобы составить эту молитву, да и не могли этого сделать,

сказал «Фоме» сотрудник канцелярии и экскурсовод Введенского ставропигиального мужского монастыря Оптина пустынь иеромонах Исаакий (Гусев): «Свое современное наименование эта молитва получила в среде почитателей оптинских старцев, особенно последних из них, то есть не только ныне канонизованных оптинских старцев, но и очень многих оптинских монахов, которые после закрытия обители жили в разных местах Калужской области и Козельского района, претерпевая скорби, лишения и опасности, но при всем этом сохраняя бесценное духовное сокровище – традиции старческого окормления».

Такими монахами-изгнанниками стали, в частности, последний настоятель Оптинской обители преподобный Исаакий (Бобраков) и преподобный Никон (Беляев). С начала 1918 года, когда монастырь официально «переквалифицировался» в сельскохозяйственную артель, они по-прежнему принимали церковный люд, исповедовали, совершали богослужения, а пять лет спустя, с окончательным упразднением обители и ее храмов, прибились к не успевшим еще закрыться храмам Козельска и окормляли своих духовных чад там – пока не были арестованы.

Многие люди в те годы искали общения со старцами Оптиной пустыни, просили у них духовной поддержки, утешения. «Легко представить себе ситуацию, – продолжает отец Исаакий, – когда к священнику приходит человек, изливая свое великое горе, и спрашивает – как ему молиться? А ведь молитвословов нет, книг нет, да и сам человек неграмотен. Что может сделать священник? Ему ничего не остается, как только предложить этому несчастному несколько кратких молитвенных прошений к Богу, простых, но жизненно необходимых для души человека в период тяжелых испытаний. В то время многие люди, находясь в лагерях, вообще могли молиться только своими словами, сохраняя при этом правильный дух и смысл молитвы. Вот так примерно и возникла “молитва оптинских старцев”».

Конкретные слова, вполне вероятно, подобрали и сложили в единый текст последователи и духовные чада оптинских монахов-изгнанников. Но смысл и дух молитвы исходили, безусловно, от этих монахов. Более того, старцы, скорее всего, были знакомы с текстом этой молитвы и благословляли своих чад пользоваться им и распространять дальше.

Понятно, что в советское время расходиться среди верующих эта молитва могла только в рукописном виде, а иногда ее просто заучивали наизусть. И неудивительно, что со временем в тексте могли возникать отдельные изменения и разночтения. До сих пор эта молитва существует в разных вариантах, в том числе и в более продолжительном, чем тот, который мы привели в начале статьи. Но буквализм в условиях жестоких гонений и не требовался. «Вполне можно полагать, что эта молитва даже и самими последними оптинскими монахами передавалась верующим в разных вариантах», – говорит отец Исаакий (Гусев).

Многие молились подобной молитвой еще до старцев Оптиной пустыни. По своему содержанию молитва оптинских старцев весьма схожа с краткими «прошениями на всякий час» святителя Иоанна Златоуста (входят в вечернее молитвенное правило). Похожую молитву читал, по воспоминаниям современников, и святой праведный Алексий (Мечев). Концовка одного из вариантов молитвы Оптинских старцев почти дословно совпадает с окончанием известной молитвы митрополита Московского Филарета (Дроздова), жившего еще в середине XIX века:

Господи! Не знаю, что мне просить у Тебя. Ты Един ведаешь, что мне потребно. Ты любишь меня паче, нежели я умею любить себя. Отче! Даждь рабу Твоему чего сам я просить не смею. Не дерзаю просить ни креста, ни утешения: только предстою пред Тобою. Сердце мое Тебе отверзто; Ты зришь нужды, которых я не знаю. Зри и сотвори по милости Твоей. Порази и исцели, низложи и подыми меня. Благоговею и безмолвствую пред Твоею Святою Волею и непостижимыми для меня Твоими судьбами. Приношу себя в жертву Тебе. Предаюсь Тебе. Нет у меня другого желания, кроме желания исполнить Волю Твою. Научи меня молиться! Сам во мне молись. Аминь.

В тесном духовном общении со святителем Филаретом находился один из оптинских старцев, преподобный Макарий (Иванов). Не исключено, что какие-то варианты подобной молитвы ходили в народной среде уже в его время. Но наименование «молитвы оптинских старцев» это обращение к Богу получило именно потому, что его одобрили оптинские старцы как нужное и полностью согласное с церковным духом.

Житие преподобного Нектария (Тихонова) Оптинского

Последним соборно избранным Оптинским старцем был преподобный Нектарий, ученик скитоначальника преподобного Анатолия (Зерцалова) и преподобного старца Амвросия. Он нёс крест старческого служения в годы тяжелых испытаний для Русской Православной Церкви, для всей России. Пятьдесят лет Старец Нектарий провёл в Скиту Оптиной Пустыни, из них двадцать – в затворе. Он восходил по духовной лестнице от затвора к общественному служению и был достойным продолжателем Оптинского старчества. Наделённый Богом великим даром пророчества и прозорливости, он задолго до революции и гражданской войны видел грядущие беды и скорби людей. Старец Нектарий молился за всю Россию, утешал людей, укреплял их в вере. В годы тяжелых искушений преподобный Нектарий брал на себя бремя людских грехов. Он разделил участь многих своих верующих соотечественников: был гоним, сослан, почил в изгнании. О его жизненном пути – в связи с гонениями на Церковь, преследованием монашества – известно меньше, чем о его прославленных предшественниках.

Преподобный Нектарий (в миру Николай Васильевич Тихонов) родился в 1853 году в городе Ельце Орловской губернии в бедной семье Василия и Елены Тихоновых. Отец его был рабочим на мельнице и умер, когда сыну было всего семь лет. Перед кончиной он благословил сына иконой Святителя Николая, поручая его попечительству свое чадо. С этой иконой Старец не расставался всю жизнь. Мать зарабатывала на жизнь поденной работой – стирала, но, главным образом, шила на заказ. Как ни мало было у нее денег, не имея возможности отдать сына в городскую школу, она посылала его учиться грамоте к простому дьячку за медные гроши. Немного помогали семье крестные Николая – Николай и Матрона, которых он, как и родителей, потом всегда с благодарностью вспоминал.

Позднее преподобный Нектарий рассказы о своем детстве часто начинал словами: «Было это в младенчестве моем, когда жил я с маменькой. Двое нас было на белом свете, да еще кот жил с нами. Мы низкого были звания и притом бедные. Кому нужны такие?» С матерью у Николая были самые теплые и сердечные отношения. Она больше действовала кротостью и умела тронуть его сердце. Но и мать его умерла рано. Остался мальчик круглым сиротой. С 11 лет он стал работать в лавке купца Хамова, торговавшего тканями. Был Николай трудолюбив и к 17 годам дослужился до младшего приказчика. В свободное время юноша очень любил ходить в храм и читать церковные книги. Его отличали кротость, скромность, душевная чистота.

Когда юноше исполнилось двадцать лет, старший приказчик задумал женить его на своей дочери. В то время в Ельце жила почти столетняя схимница, старица Феоктиста, духовная дочь святителя Тихона Задонского. Хозяин отправил к ней юношу за благословением на брак. А схимница благословила его пойти в Оптину к старцу Илариону. Хозяин отпустил юношу в Оптину, и Николай отправился в путь.В 1873 году пришел он в Оптину пустынь, неся в котомке за спиной одно лишь Евангелие. Здесь Промыслом Божиим он обрел свое истинное назначение. Ибо во власти Господа, а не во власти идущего давать направление стопам своим (Иер. 10, 23). Сначала юноша пошел к скитоначальнику старцу Илариону, а тот отправил его к преподобному Амвросию. В то время к великому старцу Амвросию приходило так много людей, что дожидаться приема приходилось неделями. Но Николая он принял сразу и говорил с ним два часа. О чем была их беседа, преподобный Нектарий никому не открывал, но после нее навсегда остался в скиту. Стал он духовным сыном преподобного Анатолия (Зерцалова), а на совет ходил к преподобному старцу Амвросию. Первым послушанием его в Оптиной было ухаживать за цветами, потом его назначили на пономарское послушание. У преподобного Нектария была келия, выходившая дверью в церковь, в ней он прожил двадцать лет, не разговаривая ни с кем из монахов: только сходит к старцу или духовнику и обратно. Сам он любил повторять, что для монаха есть только два выхода из келии — в храм да в могилу. На этом послушании он часто опаздывал в церковь и ходил с заспанными глазами. Братия жаловались на него старцу Амвросию, на что он отвечал: «Подождите, Николка проспится, всем пригодится».

Под руководством своих великих наставников преподобный Нектарий быстро возрастал духовно. 14 марта 1887 года он был пострижен в мантию, 19 января 1894 года был посвящен в иеродиакона, а еще через четыре года был рукоположен Калужским архиереем в иеромонаха. Было ему тогда тридцать четыре года. Уже в эти годы он исцелял больных, обладал даром прозорливости, чудотворения и рассуждения. Но по своему смирению эти высокие духовные дарования он скрывал под внешним юродством. На юродство он имел благословение старцев. Оптинские старцы часто прикрывали свое духовное величие юродством – шутками, чудачеством, неожиданными резкостями или непривычной простотой в обращении со знатными и заносчивыми посетителями.

В 1912 году оптинская братия избрала его в старцы. Но преподобный Нектарий отказывался, говоря: «Нет, отцы и братия! Я скудоумен и такой тяготы понести не могу». И только по послушанию он согласился принять на себя старчество. В первое время после избрания старцем отец Нектарий усилил юродство. Приобрел музыкальный ящик и граммофон с духовными пластиками, но скитское начальство запретило ему их заводить; играл игрушками. Была у него птичка-свисток, и он заставлял в нее дуть взрослых людей, которые приходили к нему с пустыми горестями. Был волчок, который он давал запускать своим посетителям. Были детские книги, которые он раздавал читать взрослым людям. В юродстве Старца часто содержались пророчества, смысл которых открывался часто лишь по прошествии времени. Например, люди недоумевали и смеялись над тем, как старец Нектарий внезапно зажигал электрический фонарик и с самым серьезным видом ходил с ним по своей келье, осматривая все углы и шкафы. А после 1917 года вспомнили это «чудачество» совсем иначе: именно так, во тьме, при свете фонариков большевики обыскивали кельи монахов, в том числе и комнату старца Нектария. За полгода до революции Старец стал ходить с красным бантом на груди – так он предсказывал наступающие события. Или насобирает всякого хлама, сложит в шкафчик и всем показывает: «Это мой музей». И действительно, после закрытия Оптиной в скиту был музей.

Часто вместо ответа отец Нектарий расставлял перед посетителями куклы и разыгрывал маленький спектакль. Куклы, персонажи спектакля, давали ответы на вопросы своими репликами. Так, владыка Феофан Калужский, не верил в святость Старца. Как-то приехал он в Оптину и зашел к отцу Нектарию. Тот, не обращая на него никакого внимания, играл в куклы: одну наказывал, другую бил, третью сажал в тюрьму. Владыка, наблюдая это, утвердился в своем мнении. Позже, когда большевики посадили его в тюрьму, он говорил: «Грешен я перед Богом и перед Старцем. Все, что он мне показывал тогда, было про меня, а я решил, что он ненормальный».

Однажды старец Варсонофий, будучи еще послушником, проходил мимо домика отца Нектария. А он стоит на своем крылечке и говорит: «Жить тебе осталось ровно двадцать лет». Это пророчество впоследствии исполнилось в точности. Протоиерей Василий Шустин рассказывал, как Батюшка, не читая, разбирал письма: «Одни письма он откладывал со словами: Сюда надо дать ответ, а эти письма благодарственные, их можно без ответа оставить». Он их не читал, но видел их содержание. Некоторые из них он благословлял, а некоторые и целовал». Известны многочисленные случаи, когда Батюшка исцелял смертельно больных людей. Приехала в Оптину мать, дочь которой страдала неизлечимой болезнью. От больной отказались все врачи. Мать дожидалась старца в приемной и вместе с другими богомольцами благословилась у него. Она еще не успела сказать ему ни слова, как Старец обратился к ней сам: «Ты пришла молиться о больной дочери? Она будет здорова». Он дал матери семь пряников и велел: «Пусть каждый день дочь съедает по одному и почаще причащается, будет здорова». Когда мать вернулась домой, дочка с верой приняла пряники, после седьмого причастилась и выздоровела. Болезнь к ней больше не возвращалась.

Как-то приехала к нему монахиня Нектария с мальчиком-подростком, который вдруг заболел. Температура поднялась до сорока градусов. Она и говорит Батюшке: «Олежек у меня заболел». А он отвечает: «Хорошо поболеть в добром здравии». На другой день дал мальчику яблочко: «Вот тебе лекарство». И, благословляя их в путь, сказал: «Во время остановки, когда будете лошадей кормить, пусть выпьет кипяточку и будет здоров». Так они и сделали. Мальчик выпил кипяточку, заснул, а когда проснулся, был здоров.

Принимал преподобный старец Нектарий посетителей в «хибарке» прежних старцев, иногда он оставлял на столе в приемной книги, и посетители в ожидании приема смотрели эти книги и, листая их, находили ответы на свои вопросы. А преподобный Нектарий по своему смирению замечал, что они приходят к преподобному старцу Амвросию и сама келия говорит за него. У Батюшки был кот, который его необыкновенно слушался, и Батюшка любил говорить: «Старец Герасим был великий старец, потому у него был лев, а мы малы – и у нас кот». Внешне старец был невысокого роста, согбенный, с округлым лицом и небольшой клинообразной бородкой. Лицо его как бы не имело возраста – то древнее, суровое, то молодое до живости и выразительности мысли, то детское по чистоте и покою. Ходил он лёгкой, скользящей походкой, как бы едва касаясь земли. Лишь перед самой смертью он передвигался с трудом, ноги распухли как брёвна, сочились сукровицей – это сказалось многолетнее стояние на молитве.

Для каждого человека у старца был свой подход, «своя мера», порой, он оставлял посетителя одного в тишине «хибарки» побыть наедине со своими мыслями, иногда долго и оживленно беседовал, удивляя собеседника своими познаниями, и люди спрашивали: «Где же старец окончил университет?» И не могли поверить, что он нигде не учился. «Вся наша образованность от Писания», — говорил о себе старец. Высоко ценил Старец послушание. Митрополита Вениамина (Федченкова) он наставлял: «Примите совет на всю вашу жизнь: если начальники или старшие вам предложат что-нибудь, то, как бы трудно не было или как бы высоко не казалось, не отказывайтесь. Бог за послушание поможет». Наглядный урок послушания он дал студенту Василию Шустину (будущему протоиерею), как-то сказав, что научит его ставить самовар, потому что скоро придет время, когда у него не будет прислуги и придется самому ставить себе самовар. Юноша с удивлением посмотрел на Старца, недоумевая, куда может деться состояние их семьи, но послушно пошел за батюшкой в кладовку, где стоял самовар. Отец Нектарий велел налить в этот самовар воды из большого медного кувшина.

– Батюшка, он слишком тяжёлый, я его с места не сдвину, – возразил Василий. Тогда Батюшка подошёл к кувшину, перекрестил его и сказал: «Возьми!» И студент легко поднял кувшин, не чувствуя тяжести. «Так вот, – наставил отец Нектарий, – всякое послушание, которое нам кажется тяжелым, при исполнении бывает очень лёгким, потому что делается как послушание».

Как-то спросили Старца, должен ли он брать на себя страдания и грехи приходящих к нему, чтобы облегчить их или утешить. «Иначе облегчить нельзя, – ответил он. – И вот чувствуешь иногда, что на тебе словно гора камней – так много греха и боли принесли тебе, и прямо не можешь снести ее. Тогда приходит благодать и размётывает эту гору камней, как гору сухих листьев. И можешь принимать снова».

Старец часто и с любовью говорил о молитве. Он учил постоянству в молитве, считая добрым знаком от Господа неисполнение прошений. «Надо продолжать молиться и не унывать, – поучал Батюшка. – Молитва – это капитал. Чем дольше лежит, тем больше процентов приносит. Господь посылает Свою милость тогда, когда Ему это благоугодно, когда нам полезно ее принять. Иногда через год Господь исполняет прошение. Пример надо брать с Иоакима и Анны. Они всю жизнь молились и не унывали, и какое Господь послал им утешение!»

Однажды посоветовал: «Молитесь просто: «Господи, даруй мне благодать Твою!» На вас идет туча скорбей, а вы молитесь: «Господи, даруй мне благодать Твою!» И Господь пронесет мимо вас грозу». После закрытия монастыря в Вербное воскресенье 1923 года преподобного Нектария арестовали. Старца повели в монастырский хлебный корпус, превращенный в тюрьму. Он шел по мартовской обледеневшей дорожке и падал. Комната, куда его посадили, была перегорожена не до самого верха, а во второй половине сидели конвоиры и курили. Старец задыхался от дыма. В Страстной Четверг его увезли в тюрьму в Козельск. Позднее из-за болезни глаз Старца перевели в больницу, но поставили часовых.

По выходе из тюрьмы власти потребовали, чтобы отец Нектарий покинул Калужскую область. Старец жил в селе Холмищи Брянской области у одного крестьянина, родственника духовного сына Батюшки. ЧК грозила этому крестьянину ссылкой на Камчатку за то, что он приютил Старца. Осенью 1927 года его обложили особенно тяжёлым налогом.

В Холмищи, невзирая на трудности,добирались духовные чада в поисках утешения и совета, к Старцу потянулся поток людей со всех концов России. Святой Патриарх Тихон советовался с преподобным Нектарием через своих доверенных лиц. Добираться до села, особенно весной, из-за разлива рек, было трудно, даже сообщение на лошадях прекращалось. Порой приходилось идти пешком в обход до семидесяти пяти вёрст мимо леса, где было много волков. Они часто выходили на дорогу и выли, но, по Святым молитвам Старца, никого не трогали.

Читайте также:  Димитрий Донской: житие святого, день памяти, молитва

Преподобный Нектарий, будучи провидцем, предсказывал в 1917 году: «Россия воспрянет и будет материально небогата, но духом будет богата, и в Оптиной будет еще семь светильников, семь столпов».

С 1927 года Старец стал серьёзно недомогать, силы его угасали. В декабре состояние здоровья резко ухудшилось, решили, что отец Нектарий умирает, но затем наступило некоторое улучшение. В апреле Батюшке опять стало плохо. К нему приезжал отец Сергий Мечев, он причастил Старца.

9 апреля 1928 года до Холмищ с трудом добрался отец Адриан, на руках которого преподобный Нектарий скончался в эту же ночь. Незадолго до кончины на вопрос, где его хоронить, Старец указал на местное кладбище. Когда его спрашивали, не отвезти ли его тело в Козельск, отрицательно качал головой. Старец не велел хоронить его и возле Покровской церкви в селе Холмищи, сказав, что там будет хуже свиного пастбища. Так и случилось. Храм разрушили, а на соборной площади устроили ярмарку и танцплощадку. Исполняя желание Старца, его погребли на местном сельском кладбище в двух-трёх верстах от села Холмищи. В 1935 году грабители разрыли могилу Старца, надеясь найти там ценности. Они сорвали крышку гроба и открытый гроб поставили, прислонив к дереву. Утром колхозники, пришедшие на кладбище, увидели, что Старец стоит нетленный – восковая кожа, мягкие руки. Гроб закрыли и опустили в могилу с пением «Святый Боже».

После возрождения Оптиной пустыни, 3 (16) июля 1989 года, состоялось обретение мощей преподобного Нектария. Когда торжественная процессия двигалась по обители, от мощей исходило чудное благоухание: мантия старца оказалась нетленной, мощи были янтарного цвета. В 1996 году преподобный Нектарий был причислен к лику местночтимых Святых Оптиной Пустыни, а в августе 2000 года — Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви прославлен для общецерковного почитания. В настоящее время рака с мощами старца Нектария находится в западной части Амвросиевского придела Введенского собора обители.

Память 29 апреля (12 мая), 4 (17) сентября в Соборе Воронежских святых, 10 (23) в Соборе Липецких святых, 11 (24) октября в Соборе преподобных Оптинских старцев.

1. И. М. Концевич. Оптина Пустынь и ея время. Типография прп. Иова Почаевского, Джорданвилль, 1970.

2. Наставник и чудотворец: Жизнь Оптинского старца преподобного Нектария (Тихонова).

Автор-сост. монах Лазарь (Афанасьев). М., Изд-во Сретенского монастыря, 2013.

3. Оптинский старец Анатолий «младший» (Потапов) // Русский паломник, 1993-№ 7.

4. Стаднюк А., прот. К истории православия на Дону. М., 2012.

5. Доценко А. Н. Святые лики над Ельцом. Елец, 2012.

По книге «Собор святых Липецкой земли».
Сборник житий Липецких и Елецких святых
Сост: прот. Николай Стаднюк, А. А. Найденов,
А. И. Чеснокова. – Липецк, 2013.

Оптина Пустынь

Публикации
о старце Нектарии

Положение Иова — закон для каждого человека. Пока богат, знатен, в благополучии, Бог не откликается. Когда человек на гноище, всеми отверженный, тогда является Бог и Сам беседует с человеком, а человек только слушает и взывает: «Господи, помилуй!»

оптинские
книги

Расписание Богослужений

пнвтсрчтптсбвс
1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

Последний фотоальбом

Видео

Духовные беседы с паломниками

ПОЛНОЕ ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО Нектария СТАРЦА ОПТИНСКОГО

П оследним соборно избранным Оптинским старцем был преподобный Нектарий, ученик скитоначальника преподобного Анатолия (Зерцалова) и преподобного старца Амвросия. Он нёс крест старческого служения в годы тяжёлых испытаний для Русской Православной Церкви, для всей России. Пятьдесят лет Старец Нектарий провёл в Скиту Оптиной Пустыни, из них двадцать – в затворе. Он восходил по духовной лестнице от затвора к общественному служению и был достойным продолжателем Оптинского старчества. Наделённый Богом великим даром пророчества и прозорливости, он задолго до революции и гражданской войны видел грядущие беды и скорби людей. Старец Нектарий молился за всю Россию, утешал людей, укреплял их в вере. В годы тяжёлых искушений преподобный Нектарий брал на себя бремя людских грехов. Он разделил участь многих своих верующих соотечественников: был гоним, сослан, почил в изгнании. О его жизненном пути – в связи с гонениями на Церковь, преследованием монашества – известно меньше, чем о его прославленных предшественниках.

Двое нас было на белом свете

Преподобный Нектарий (в миру Николай Васильевич Тихонов) родился в 1853 году в городе Ельце Орловской губернии в бедной семье Василия и Елены Тихоновых. Отец его был рабочим на мельнице и умер, когда сыну было всего семь лет. Перед кончиной он благословил сына иконой Святителя Николая, поручая его попечительству своё чадо. С этой иконой Старец не расставался всю жизнь.

Позднее преподобный Нектарий рассказы о своём детстве часто начинал словами: «Было это в младенчестве моём, когда жил я с маменькой. Двое нас было на белом свете, да ещё кот жил с нами. Мы низкого были звания и притом бедные. Кому нужны такие?» С матерью у Николая были самые теплые и сердечные отношения. Она больше действовала кротостью и умела тронуть его сердце.

Отрок рос кротким, тихим, был умным и любознательным, но из-за крайней нужды учиться ему пришлось не в городской, а в сельской церковно-приходской школе. Там научился он читать, писать и считать, изучал Закон Божий.

Но и мать его умерла рано. Остался мальчик круглым сиротой. С 11 лет он стал работать в лавке богатого купца. Был Николай трудолюбив и к 17 годам дослужился до младшего приказчика. В свободное время юноша очень любил ходить в храм и читать церковные книги. Его отличали кротость, скромность, душевная чистота.

Благословение схимницы

Когда юноше исполнилось двадцать лет, старший приказчик задумал женить его на своей дочери. В то время в Ельце жила почти столетняя схимница, старица Феоктиста, духовная дочь святителя Тихона Задонского. И у горожан был благочестивый обычай советоваться с ней во всех важных делах. Хозяин отправил к ней юношу за благословением на брак. А схимница благословила его пойти в Оптину Пустынь к старцу Илариону. Перекрестила его и дала на дорогу чай. Хозяин отпустил юношу в Оптину, и Николай отправился в путь.

Словно в раю

В 1873 году пришел он в Оптину пустынь, неся в котомке за спиной одно лишь Евангелие. Дело было весной. Вокруг монастыря – красота несказанная. Луга – в первых цветах, и среди них течёт серебристая Жиздра. За рекой виднеются белые монастырские стены и башни. А вокруг – сады и огромный мачтовый сосновый бор. Много лет спустя старец Нектарий так вспоминал о своём первом впечатлении от Оптиной: «Какая красота здесь! Солнышко с самой зари, и какие цветы, словно в раю». Как пришёл в Оптину, сразу отправился в Скит. Дорога от монастыря шла среди вековых сосен. Со скитских врат на него строго смотрели лики древних подвижников благочестия. Скит представлял собой просторный сад с приютившимися возле ограды белыми домиками келий. В центре – Иоанно-Предтеченский храм, вокруг цветы. Обычай разводить цветы в скиту завёл ещё старец Макарий, утешая братию их красотой. Направо и налево от входа – два почти одинаковых домика, у каждого по два крыльца, с внутренней и внешней стороны Скита. В одном из них жил старец Амвросий.

Здесь он обрел свое истинное назначение

Здесь, в Оптиной, Промыслом Божиим, будущий старец обрел свое истинное назначение. «Ибо во власти Господа, а не во власти идущего давать направление стопам своим» (Иер. 10, 23). Сначала юноша пошёл к скитоначальнику старцу Илариону, он рассказал старцу о матушке Феоктисте и попросил решения своей судьбы. Отец Иларион внимательно выслушал юношу и отправил его к преподобному Амвросию.

Уже старцем, вспоминая об отце Иларионе, батюшка Нектарий писал: «Я ему всем обязан. Он меня принял в Скит пятьдесят лет назад, когда я пришёл, не имея, где главу приклонить. Круглый сирота, совсем нищий, а братия тогда вся была – много образованных. И вот я был самым что ни на есть последним».

В то время к великому старцу Амвросию приходило так много людей, что дожидаться приёма приходилось неделями. Но Николая он принял сразу и говорил с ним два часа. О чем была их беседа, преподобный Нектарий никому не открывал, но после нее навсегда остался в скиту. Стал он духовным сыном преподобного Анатолия (Зерцалова), а на совет ходил к преподобному старцу Амвросию.

Старческое руководство

С 1874 года по 1894 год, то есть, в течение двадцати лет, до самой кончины старца Анатолия (Зерцалова), Николай был его духовным сыном. Позднее он говорил о своём духовном отце так: « Я к нему двадцать лет относился и был самым последним сыном и учеником, о чём и сейчас плачу. К старцу же Амвросию я обращался в редких и исключительных случаях. При всём этом я питал к нему великую любовь и веру. Бывало, придёшь к нему, и он после нескольких слов моих обнаружит всю мою сердечную глубину, разрешит все недоумения, умиротворит и утешит. Попечительность и любовь ко мне, недостойному, со стороны старцев нередко изумляли меня, ибо я сознавал, что их недостоин. На мой вопрос об этом духовный отец мой, иеромонах Анатолий, отвечал, что причина сему – моя вера и любовь к старцу, и что если он относится к другим не с такой любовью, как ко мне, то это происходит от недостатка в них веры и любви, как человек относится к старцу, так точно и старец относится к нему».

В годы первых послушаний юноша не раз ощущал проявление любви старца и его благодатной помощи. Так, года через два по поступлении Николая в Скит, вышло распоряжение властей о высылке из обители всех послушников, подлежащих воинскому призыву. «И мне, – рассказывал отец Нектарий, – вместе с другими объявили о высылке из Скита. Но, к счастью моему, по святым молитвам старца Амвросия, эта опасность миновала» Пришёл Николай к Батюшке благодарить за молитвенную помощь, а тот отвечает: «Если будешь жить по-монашески, то и на будущее время никто тебя не потревожит». Так и случилось.

Отец Нектарий всегда очень высоко ставил старческое руководство. Когда его как-то раз спросили, не возмущался ли он против своих учителей, он отвечал: «Нет! Мне это и в голову не приходило. Только раз провинился я в чём-то, и послали меня к старцу Амвросию на вразумление. А у того палочка была. Как провинишься, он и побьёт (не так, как я вас!). А я, конечно, не хочу, чтобы меня били. Как увидел, что Старец за палочку берётся, я бежать, а потом прощения просил».

Молодого послушника старцы вели истинно монашеским путём. Отец Амвросий и отец Анатолий, провидя в юноше своего достойного преемника, прикрывая свою святую любовь к нему полуюродством и шутками, обучали юного послушника высшей и спасительной добродетели – смирению.

По воспоминаниям тех, кто знал отца Нектария в годы его юности, он был очень красив. И старец Амвросий для смирения называл его «губошлеп». Юный послушник всегда с любовью и смирением принимал укоризны своего Старца. Так, братия Скита часто получала посылки от родственников с «утешениями» – печеньем, вареньем, чаем. Николаю некому было присылать эти «утешения», и сами великие старцы потчевали его, но при этом смиряли. Придёт он к старцу Амвросию, просит сладостей к чаю, а тот ему строго: «Как, ты уже всё съел? Ах ты, губошлеп!»

Или, случалось, придёт юный послушник к батюшке Амвросию, а тот скажет: «Ты чего без дела ходишь? Сидел бы в своей келье да молился!» Больно станет Николаю, идёт к духовному отцу своему батюшке Анатолию. А он: «Ты чего без дела шатаешься? Празднословить пришёл?» Уйдёт Николай в свою келью, упадёт перед образом Спасителя и всю ночь плачет: «Господи! Какой же я великий грешник, если и старцы меня не принимают!»

Уроки старцев не прошли даром. И в начале своего пребывания в Скиту, и будучи уже опытным духовным наставником, преподобный Нектарий со смирением говорил о себе: “Я в новоначалии, я учусь. Я наистарейший в обители летами, а наименьший по добродетели”. И еще: “Я мравий, ползаю по земле и вижу все выбоины и ямы, а братия очень высоко, до облаков подымается”. Любимая поговорка его была: “Всюду нужно терпение и смирение”.
Впоследствии отец Нектарий и своих духовных детей особенно приучал к терпению и смирению. Воспитывая терпение у духовных чад своих, заставлял ждать приёма часами, а порой и днями.

Николка проспится, всем пригодится

Первым послушанием его в Оптиной было ухаживать за цветами. Порой ему приходилось выходить из Скита в монастырь и под большие праздники вместе с шамординскими монахинями плести венки на иконы. При этом, как потом вспоминали сёстры, молодой послушник часто краснел и старался не поднимать на них глаза. Ревностный ученик великих старцев «хранил зрение», чтобы достигнуть евангельской чистоты.

Вскоре его назначили на пономарское послушание, прислуживать священнику в алтаре. У преподобного Нектария была келья, выходившая дверью в церковь, в ней он прожил двадцать лет, не разговаривая ни с кем из монахов: только сходит к старцу или духовнику и обратно. Сам он любил повторять, что для монаха есть только два выхода из кельи — в храм да в могилу.

По ночам постоянно виднелся у него свет, послушник читал или молился. А утром должен был первым, до прихода братии прийти в храм, подготовить алтарь к богослужению. Утреня в Скиту начиналась около часа ночи и продолжалась до половины четвёртого утра. Нелегко было мирскому юноше привыкать к строгому уставу святой обители. Простояв на молитве ночь, он приходил в храм полусонный. Случалось, опаздывал в церковь и ходил с заспанными глазами. Братия жаловались на него старцу Амвросию, на что он отвечал: «Подождите, Николка проспится, всем пригодится». Так преподобный Амвросий предсказывал его будущее старческое служение.

Годы иноческого подвига

Под руководством своих великих наставников преподобный Нектарий быстро возрастал духовно. 14 марта 1887 года он был пострижен в мантию. При монашеском постриге ему было дано имя Нектарий в честь преподобного Нектария Киево-Печерского. Принятие ангельского чина стало для инока великой радостью. Будучи старцем, он вспоминал: «Целый год после этого я словно крылышки за плечами чувствовал».

Получив мантию, отец Нектарий почти перестал покидать свою келью, не говоря уже об ограде Скита. Несколько лет даже окна его кельи были закрыты синей бумагой. В своём полузатворе отец Нектарий неустанно молился и пребывал в постоянном покаянии. Об этих годах иноческого подвига уже в старости он говорил: «Сидел я в своей келье и каялся, а потом ещё тридцать лет отмаливал свои грехи».

Видишь, как нужна иногда учёность

По благословению старцев, в затворе отец Нектарий читал духовные книги. В те годы в Оптиной была большая библиотека, в которой насчитывалось более тридцати тысяч книг. Он познакомился с творениями святых отцов: аввы Дорофея, преподобных Иоанна Лествичника, Исаака Сирина, Симеона Нового Богослова, Макария Великого, святителей Тихона Задонского и Димитрия Ростовского.

Через десять лет пребывания в затворе духовные отцы благословили его читать светских авторов и изучать светские науки, видимо, с целью приобрести те познания, которые могли ему помочь приводить к спасению мятущиеся души ищущей интеллигенции. Он читал Данте и Шекспира, Пушкина, Гоголя, Достоевского.

Занимался географией, математикой, изучал иностранные языки, латынь. В единственный час отдыха, после обеда, он читал Пушкина или народные сказки. Мог прочитать наизусть Пушкина и Державина. Как-то сказал: «Многие говорят, что не надо читать стихи, а вот батюшка Амвросий любил стихи, особенно басни Крылова». И до последних дней своей жизни Старец просил привозить ему книги, интересовался направлениями современного искусства, расспрашивал о постановке образования в новое время. Окончив лишь сельскую церковно-приходскую школу, он мог легко общаться с писателями, учёными.

Одна духовная дочь отца Нектария говорила подруге в его приёмной: «Не знаю, может быть, образование вообще не нужно, и от него только вред. Как его совместить с православием?» Старец, выходя из своей кельи, возразил: « Ко мне однажды пришёл человек, который никак не мог поверить в то, что был потоп. Тогда я рассказал ему, что на самых высоких горах в песках находятся раковины и другие остатки морского дна, и как геология свидетельствует о потопе. И он уразумел. Видишь, как нужна иногда учёность».

Старец говорил, что Бог не только разрешает, но и требует, чтобы человек возрастал в познании. Пример тому и Божественное творчество, где нет остановки, всё движется, и ангелы не пребывают в одном чине, но восходят со ступени на ступень, получая новые откровения. Человек должен учиться и идти к новым и новым познаниям.

Однажды пришли к Батюшке семинаристы со своими преподавателями и попросили сказать слово на пользу. И Старец посоветовал им жить и учиться так, чтобы ученость не мешала благочестию, а благочестие – учености. При этом отец Нектарий уточнил, что науки приближают человека к истинному знанию, но глубина его не поддаётся разуму человека. Он советовал читать святоотеческую литературу, жития святых, но прежде всего, учил пристальному и внимательному чтению Священного Писания. Не раз повторял, что не может быть ничего в мире выше истин Божественного Писания: «Все стихи в мире не стоят строчки Божественного Писания».

Старец Нектарий и живопись

Живопись, к которой старец Нектарий имел способность, была ему особенно близка. У академика Болотова, принявшего монашество, он учился живописи и до последних дней своей жизни следил за ней, интересовался новейшими течениями в искусстве и делал эскизы икон. Например, эскиз Благовещения он сделал в последний год своей жизни в Оптиной.

“Теперь живописное искусство в упадке, — говорил он, — Раньше художник готовился к написанию картины — и внутренне, и внешне. Прежде чем сесть за работу, он приготавливал все необходимое: холст, краски, кисти и так далее, а картину писал не несколько дней, а годы, иногда всю жизнь, как, например, художник Иванов свое “Явление Христа народу”. И тогда создавались великие произведения. А сейчас художники пишут второпях, не продумав, не прочувствовав. Например, когда пишешь духовную картину, нужно, чтобы свет не на Ангела падал, а из него струился.”

Старцу очень хотелось, чтобы была создана картина Рождества Христова. “Нужно, чтобы мир вспоминал об этом величайшем событии, ведь оно произошло только один раз в истории! . Пастухи в коротких, изодранных по краям одеждах стоят лицом к свету, спиной к зрителю. А свет не белый, а слегка золотистый, без всяких теней и не лучами или снопами, а сплошь, только в самом дальнем краю картины слегка сумрак, чтобы напомнить, что это ночь. Свет весь из ангельских очертаний, нежных, едва уловимых, и чтобы ясно было, что это красота не земная — небесная, чтобы не человеческое это было!” — прибавил батюшка с особой силой. А в другом случае старец сказал одной девушке: “Почему пастухи удостоились в эту ночь увидеть ангелов? — Потому, что они бодрствовали”.

Однажды старцу показали икону Преображения Господня, где яркость Фаворского света достигалась контрастом с черными узловатыми деревьями на переднем плане. Старец велел их стереть, объясняя, что где Фаворский свет, там нет места никакой черноте. Когда загорается этот свет, каждая трещинка начинает светиться.

Ссылка на основную публикацию
×
×