Кирилл и Мария Радонежские: житие святых, день памяти, молитва

Житие преподобных Кирилла и Марии Радонежских, родителей преподобного Сергия

Память: 28 сентября (11 октября н. ст.), 18 / 31 января, 6 / 19 июля (Собор Радонежских святых), четверток Седмицы мытаря и фарисея

Кирилл и Мария были люди добрые и богоугодные. Говоря о них, блаженный Епифаний замечает, что Господь, благоволивший воссиять в земле Русской великому светильнику, не попустил родиться ему от неправедных родителей, ибо такому детищу, которое, по устроению Божию должно было впоследствии послужить духовной пользе и спасению многих, подобало иметь и родителей святых, дабы доброе произошло от доброго и лучшее приложилось к лучшему, дабы взаимно умножилась похвала и рожденного и самих родивших во славу Божию. И праведность их была известна не одному Богу, но и людям. Строгие блюстители всех уставов церковных, они помогали и бедным; но особенно свято хранили они заповедь Апостола: «страннолюбия не забывайте: тем бо не видяще неции странноприяша Ангелы» (Евр.13:2).

Тому же учили они и детей своих, строго внушая им не опускать случая позвать к себе в дом путешествующего инока или иного усталого странника. До нас не дошло подробных сведений о благочестивой жизни сей блаженной четы; за то мы можем, вместе с святителем Платоном, сказать, что «самый происшедший от них плод показал, лучше всяких красноречивых похвал, доброту благословенного древа. Счастливы родители, коих имена прославляются вечно в их детях и потомстве! Счастливы и дети, которые не только не посрамили, но и приумножили, и возвеличили честь и благородство своих родителей и славных предков, ибо истинное благородство состоит в добродетели!»

Всегда преданные воле Божией и внимательные к путям Провидения, Кирилл и Мария поняли указания Промысла Божия, и сообразно с этими указаниями должны были вести дело воспитания дитяти. После описанного происшествия мать сделалась особенно внимательной к своему состоянию. Всегда имея в мыслях, что она носит во чреве младенца, который будет избранным сосудом Святого Духа, Мария, во все остальное время беременности, готовилась встретить в нем будущего подвижника благочестия и воздержания; а потому и сама, подобно матери древнего судии Израильского Сампсона (Суд.13:4), тщательно соблюдала душу и тело в чистоте и строгом воздержании во всем. «Заботливо храня носимый ею во чреве Божий дар, она желала», – как говорит святитель Платон, – «через свое воздержание дать телесному составу дитяти чистое и здравое питание, хорошо понимая добрым сердцем своим ту истину, что добродетель, сияющая в здравом и прекрасном теле, становится чрез то еще прекраснее». Всегда благоговейная и усердная молитвенница, праведная мать теперь чувствовала особенную потребность сердца в молитве; поэтому она часто удалялась от людского взора и в тишине уединения со слезами изливала пред Богом свою горячую материнскую молитву о будущей судьбе своего младенца. «Господи!» – говорила она тогда, – спаси и сохрани меня, убогую рабу Твою; спаси и соблюди и сего младенца, носимого во утробе моей, Ты бо еси – храняй младенцы Господь (Псал.114:5); да будет воля Твоя, Господи, на нас, и буди имя Твое благословенно во веки!» Так, в строгом посте и частой сердечной молитве пребывала богобоязненная мать святого дитяти; так и самое дитя, благословенный плод ее чрева, еще до появления своего на свет, некоторым образом уже предочищался и освящался постом и молитвою.

Кирилл и Мария видели на себе великую милость Божию; их благочестие требовало, чтобы их чувства благодарности к благо Дающему Богу были выражены в каком-либо внешнем подвиге благочестия, в каком-либо благоговейном обете. А что могло быть приятнее Господу в таких обстоятельствах, в каких они находились, как не крепкое сердечное желание и твердая решимость оказаться вполне достойными милости Божией? И вот, праведная Мария, подобно святой Анне, матери Пророка Самуила, вместе со своим мужем дала такое обещание: если Бог даст им сына, то посвятить его на служение Богу.

Между тем мать, а потом и другие стали примечать в младенце опять нечто необыкновенное: когда матери случалось насыщаться мясною пищею, то младенец не брал ее сосцов; то же повторялось, и уже без всякой причины, по средам и пятницам так, что в эти дни младенец вовсе оставался без пищи. Мария, конечно, беспокоилась, думала, что дитя нездорово, советовалась с другими женщинами, которые тщательно осматривали дитя, но на нем не было приметно никаких признаков болезни, ни внутренней, ни наружной. Оставаясь без пищи, малютка не только не плакал, но и весело смотрел на них, улыбался и играл ручками. Наконец обратили внимание на время, когда младенец не принимал материнских сосцов, и тогда все убедились, что в этом детском посте ознаменовались, как выражается святитель Филарет, «предшествования расположения матери и проявлялись семена будущих его расположений». Возращенный постом во чреве матери, младенец и по рождении как будто требовал от матери поста. И мать, действительно, стала еще строже соблюдать пост: она совсем оставила мясную пищу, и младенец, кроме среды и пятницы, всегда после того питался ее молоком.

Когда Варфоломею исполнилось семь лет, родители отдали его учиться грамоте, чтобы мог он читать и разуметь Слово Божие. Вместе с ним учились и два брата его: старший Стефан, и младший Петр. Братья обучались успешно, а Варфоломей далеко отставал от них. Учитель наказывал его, товарищи упрекали и даже смеялись над ним, родители уговаривали; да и сам он напрягал все усилия своего детского ума, проводил ночи над книгою, и часто, укрывшись от взоров людских, где-нибудь в уединении, горько плакал о своей неспособности, горячо и усердно молился Господу Богу: «Дай же Ты мне, Господи, понять эту грамоту; научи Ты меня. Господи, просвети и вразуми!» Но грамота все же ему не давалась.

Раз отец послал его в поле искать жеребят, каковое поручение пришлось особенно по душе мальчику, любившему уединяться от людей. На поле, под дубом, увидел Варфоломей незнакомого старца-черноризца, саном пресвитера; благоговейный и ангелоподобный старец приносил здесь свои молитвы Богу и изливал пред Всеведущим слезы сердечного умиления. Поклонившись ему, скромный отрок почтительно отошел в сторону и стал вблизи. Старец окончил молитву, с любовью взглянул на доброе дитя, и, прозревая в нем духовными очами избранный сосуд Святого Духа, ласково подозвал его к себе, благословил, отечески поцеловал и спросил: «Что тебе надобно, чадо?» «Меня отдали учиться грамоте», – сказал сквозь слезы Варфоломей, – «и больше всего желала бы душа моя научиться читать Слово Божие. Но вот, сколько ни стараюсь, никак не могу выучиться. Помолись за меня Богу, отче святый, попроси у Господа, чтобы Он открыл мне учение книжное: я верю, что Бог примет твои молитвы». Старец помолился и бережно вынул из пазухи небольшой ковчежец. Открыв его, он взял оттуда тремя перстами малую частицу святой просфоры, и, благословляя ею Варфоломея, промолвил: «Возьми сие, чадо, и снеждь; сие дается тебе в знамение благодати Божией и разумение Святого Писания». Довольно научив его о спасении души, старец хотел уже идти в путь свой; но благоразумный отрок не хотел расстаться со святым наставником. Он пал к ногам его и со слезами умолял войти в дом его родителей. «Родители мои», – говорил Варфоломей, –очень любят таких, как ты, отче! Не лиши же и их своего святого благословения!»

Старец последовал за юным странноприимцем, и с честью его встретили родители Варфоломеевы. Для благочестивых людей такой старец – инок – всегда желанный гость, а Кирилл и Мария особенно любили принимать и покоить у себя в доме иноков. Приняв благословение от старца, они предложили ему радушное угощение. Но гость медлил садиться за стол. «Прежде следует вкусить пищи духовной», – заметил он и направился в моленную, которая в старое доброе время имелась в каждом доме благочестивых князей и бояр. Туда пригласил он с собою Варфоломея, и, благословив начало Третьего часа, велел ему читать псалмы. Отрок взял благословение от старца и, благоговейно осенив себя крестным знамением, начал стихословить Псалтирь стройно и внятно! После того святой гость вкусил предложенной ему трапезы, и, благословив радушных хозяев, хотел удалиться; но благочестивым боярам жаль было так скоро отпустить его: им хотелось еще побеседовать с опытным в духовной жизни старцем, в котором они уже приметили дар прозорливости. Между прочим, они рассказали ему, как сын их, будучи еще во чреве матери, троекратно прокричал в церкви, и желали знать, что думает старец об этом случае. «О добрые супруги! – сказал им на это старец, – вот, Господь удостоил вас такой великой милости: дал вам такого сына. Зачем же вы страшитесь там, где нет никакого страха? Вам должно радоваться, что Бог благословил вас таким детищем: Он предызбрал вашего сына еще прежде его рождения. А что я говорю вам истину – вот вам знамение: с этой поры отрок будет хорошо понимать всю книжную мудрость и свободно будет читать Божественное Писание. Знайте, что велик будет сын ваш пред Богом и людьми за его добродетельную жизнь!» Старец встал, чтобы идти; уже на пороге дома он еще раз обратился к родителям Варфоломеевым и вымолвил в пророческом духе такие загадочные слова: «Отрок будет некогда обителью Пресвятой Троицы; он многих приведет за собою к уразумению Божественных заповедей». Гостеприимные хозяева проводили странника до ворот своего дома; но тут он вдруг стал невидим, так что Кирилл и Мария невольно подумали: не ангел ли Божий был послан к ним, чтобы даровать премудрость их сыну? – И глубоко сохранили они в благоговеющих сердцах своих его таинственные слова.

В то время Ростовские земли попали под влияние московских князей. Послан был на Ростов в сан воеводы московский вельможа Василий, прозванием Кочева, и с ним другой, по имени Мина. По прибытии в Ростов, они стали действовать полновластно, притесняя жителей, так что многие принуждены были отдавать москвичам свои имущества, доходя до крайней нищеты, а за это получали только оскорбления и побои. Не избежали этих скорбей и праведные родители Варфоломеевы. Славный и именитый некогда боярин Кирилл, еще ранее этих событий, под старость стал терпеть нужду. Частые путешествия в Орду со своим князем, тяжкие дани и непосильные подарки ордынским вельможам, без чего никогда не обходились эти путешествия, жестокий голод, нередко опустошавший Ростовскую область, а больше всего, – говорит преподобный Епифаний, – великая рать или нашествие Туралыково в 1327 году, – все это вместе крайне неблагоприятно отозвалось на его состоянии и почти довело Кирилла до нищеты. Очень вероятно также, что своеволие московских наместников, которые распоряжались в Ростове как независимые государи, не пощадило и Кирилла, как ближнего боярина князей Ростовских, может быть, и он лишился тогда не только боярских почестей, но и всего своего достояния. Тяжело было Кириллу оставаться в Ростове, а может быть, и прямо приказано было от наместников московских удалиться из города, и потому он решил, лишь только откроется возможность, покинуть родную землю и перейти на службу к другому князю.

Случай скоро представился. В 12 верстах от Троицкой Лавры, по направлению к Москве, есть село Городище или Городок, которое в древности носило имя Радонеж. В 1328 году, отправляясь в Орду, Великий Князь Иоанн Данилович (Калита) написал духовное завещание, в коем, между прочим, назначил «село Радонежское» в удел Великой Княгине Елене «с малыми детьми» нераздельно. Вскоре после того село это перешло в полную собственность младшего сына Ианнова Андрея. «Великий Князь, по малолетству Андрея, поставил в Радонеже наместником Терентия Ртища, который, желая привлечь большее число поселенцев в этот, почти незаселенный тогда край, объявил именем князя разные льготы переселенцам. Лишь только это стало известно в Ростове, многие из его жителей, в надежде найти себе облегчение, потянулись в Радонеж. В числе таких переселенцев Епифаний называет Протасия Тысяцкого, Георгия, сына Протопопова с родом его, Иоанна и Феодора Тормасовых, их родственников Дюденю и Онисима (бывшего ростовского вельможу, а в последствии – диакона и ученика Сергиева). В числе их переселился и блаженный Кирилл со всем своим семейством и водворился в Радонеже близ церкви Рождества Христова.

Но дух иночества нечувствительно сообщился от сына родителям: при конце своей многоскорбной жизни Кирилл и Мария пожелали и сами, по благочестивому обычаю древности, воспринять на себя ангельский образ. Верстах в трех от Радонежа был Покровский Хотьков монастырь, который состоял из двух отделений: одного – для старцев, другого – для стариц. В этот монастырь и направили свои стопы праведные родители Варфоломеевы, чтобы здесь провести остаток дней своих в подвиге покаяния и приготовления к другой жизни. Почти в тоже время умерла супруга и старшего сына Стефана. Похоронив ее в Хотьковском монастыре, Стефан не пожелал уже возвращаться в мир. Поручив детей своих, вероятно, Петру, он остался в Хотькове, принял монашеский постриг и стал ухаживать за своими немощными родителями. Впрочем, претружденные старостью и скорбями схимники-бояре недолго потрудились в своем новом звании: не позже 1339 года они с миром уже отошли ко Господу на вечный покой. Дети почтили их слезами сыновней любви и похоронили под сенью той же Покровской обители, которая с сего времени сделалась последним приютом и усыпальницею рода Сергиева.

Из поколения в поколение передавался завет преподобного Сергия о том, чтобы всякий, желающий посетить его обитель, сначала помолился у святых останков его родителей – праведных Кирилла и Марии – в Хотьковском монастыре.

В год 600-летия со времени преставления Преподобного Сергия (1992 г.) Архиерейский собор Русской Православной Церкви причислил преподобных местночтимых Радонежских святых – схимонаха Кирилла и схимонахиню Марию – к лику святых угодников Божиих для общецерковного почитания. Память преподобных Кирилла и Марии празднуется 28 сентября (11 октября н. ст.), 18 / 31 января, 6 / 19 июля (Собор Радонежских святых), а также в четверток Седмицы мытаря и фарисея.

Преподобные Кирилл и Мария Радонежские , родители прп . Сергия Радонежского

Дни памяти

5 июня – Собор Ростово-Ярославских святых

19 июля – Собор Радонежских святых

Жития

Краткое житие преподобных Кирилла и Марии, родителей преподобного Сергия Радонежского

Пре­по­доб­ный Ки­рилл со­сто­ял на служ­бе сна­ча­ла у Ро­стов­ско­го кня­зя Кон­стан­ти­на II Бо­ри­со­ви­ча, а по­том у Кон­стан­ти­на III Ва­си­лье­ви­ча, ко­то­рых он, как один из са­мых близ­ких к ним лю­дей, не раз со­про­вож­дал в Зо­ло­тую Ор­ду. Св. Ки­рилл вла­дел до­ста­точ­ным по сво­е­му по­ло­же­нию со­сто­я­ни­ем, но по про­сто­те то­гдаш­них нра­вов, жи­вя в де­ревне, не пре­не­бре­гал и обыч­ны­ми сель­ски­ми тру­да­ми.

В жи­тии пре­по­доб­но­го Сер­гия по­вест­ву­ет­ся о том, что за Бо­же­ствен­ной ли­тур­ги­ей еще до рож­де­ния сы­на пра­вед­ная Ма­рия и мо­ля­щи­е­ся слы­ша­ли трое­крат­ное вос­кли­ца­ние мла­ден­ца: пе­ред чте­ни­ем Свя­то­го Еван­ге­лия, во вре­мя Хе­ру­вим­ской пес­ни и ко­гда свя­щен­ник про­из­нес «Свя­тая свя­тым». Пре­по­доб­ные Ки­рилл и Ма­рия ощу­ти­ли на се­бе ве­ли­кую ми­лость Бо­жию, их бла­го­че­стие тре­бо­ва­ло, чтобы чув­ства бла­го­дар­но­сти к Бо­гу бы­ли вы­ра­же­ны в ка­ком-ли­бо внеш­нем по­дви­ге бла­го­че­стия, в бла­го­го­вей­ном обе­те. И пра­вед­ная Ма­рия, по­доб­но свя­той Анне – ма­те­ри про­ро­ка Са­му­и­ла, вме­сте с му­жем да­ла обе­ща­ние по­свя­тить ча­до Бла­го­де­те­лю всех – Бо­гу. Гос­подь да­ро­вал им сы­на, ко­то­ро­го на­зва­ли Вар­фо­ло­ме­ем. С пер­вых дней жиз­ни мла­де­нец всех уди­вил пост­ни­че­ством: по сре­дам и пят­ни­цам он не при­ни­мал мо­ло­ка ма­те­ри, в дру­гие же дни, ес­ли она упо­треб­ля­ла в пи­щу мя­со, мла­де­нец так­же от­ка­зы­вал­ся от мо­ло­ка. За­ме­тив это, пре­по­доб­ная Ма­рия во­все от­ка­за­лась от мяс­ной пи­щи.

Пра­вед­ность Ки­рил­ла и Ма­рии бы­ла из­вест­на не толь­ко Бо­гу. Бу­дучи стро­ги­ми блю­сти­те­ля­ми всех цер­ков­ных уста­вов, они по­мо­га­ли бед­ным, но осо­бен­но свя­то хра­ни­ли за­по­ведь свя­то­го апо­сто­ла Пав­ла: стран­но­лю­бия не за­бы­вай­те, тем бо не ве­дя­ще неции стран­но­при­я­ша Ан­ге­лы (Евр.13:2). То­му же учи­ли они и сво­их де­тей, стро­го вну­шая им не упус­кать слу­чая по­звать к се­бе в дом пу­те­ше­ству­ю­ще­го ино­ка или ино­го уста­ло­го стран­ни­ка. До нас не до­шло по­дроб­ных све­де­ний о бла­го­че­сти­вой жиз­ни этой бла­жен­ной че­ты, за­то мы мо­жем вме­сте со свя­ти­те­лем Пла­то­ном ска­зать, что сам про­ис­шед­ший от них плод по­ка­зал луч­ше вся­ких крас­но­ре­чи­вых по­хвал доб­ро­ту бла­го­сло­вен­но­го дре­ва. Счаст­ли­вы ро­ди­те­ли, ко­их име­на про­слав­ля­ют­ся веч­но в их де­тях и потом­стве! Счаст­ли­вы и де­ти, ко­то­рые не толь­ко не по­сра­ми­ли, но и при­умно­жи­ли и воз­ве­ли­чи­ли честь и бла­го­род­ство сво­их ро­ди­те­лей и слав­ных пред­ков, ибо ис­тин­ное бла­го­род­ство со­сто­ит в доб­ро­де­те­ли!

Читайте также:  Феодор Стратилат: житие святого, день памяти, молитва

Око­ло 1328 г. пре­по­доб­ные Ки­рилл и Ма­рия пе­ре­се­ли­лись из Ро­сто­ва в Ра­до­неж. Вер­стах в трех от Ра­до­не­жа был Хоть­ков­ский По­кров­ский мо­на­стырь, в то вре­мя од­новре­мен­но быв­ший и муж­ским, и жен­ским. По рас­про­стра­нен­но­му на Ру­си обы­чаю под ста­рость ино­че­ство при­ни­ма­ли и про­сте­цы, и кня­зья, и бо­яре. Дух ино­че­ства со­об­щил­ся от сы­на к ро­ди­те­лям: под ко­нец сво­ей мно­госкорб­ной жиз­ни пра­вед­ные Ки­рилл и Ма­рия по­же­ла­ли и са­ми при­нять ан­гель­ский об­раз.

В этот мо­на­стырь и на­пра­ви­ли они свои сто­пы, чтобы там про­ве­сти оста­ток сво­их дней в по­дви­ге по­ка­я­ния, го­то­вясь к дру­гой жиз­ни. Но недол­го схим­ни­ки-бо­яре по­тру­ди­лись в но­вом зва­нии. В 1337 г. они с ми­ром ото­шли ко Гос­по­ду.

3 ап­ре­ля 1992 г., в год празд­но­ва­ния 600-ле­тия со дня пре­став­ле­ния пре­по­доб­но­го Сер­гия, на Ар­хи­ерей­ском Со­бо­ре Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви со­сто­я­лось об­ще­цер­ков­ное про­слав­ле­ние схи­мо­на­ха Ки­рил­ла и схи­мо­на­хи­ни Ма­рии. Ка­но­ни­за­ция до­стой­но увен­ча­ла ше­сти­ве­ко­вое по­чи­та­ние ро­ди­те­лей ве­ли­ко­го по­движ­ни­ка, дав­ших ми­ру об­ра­зец свя­то­сти и хри­сти­ан­ско­го устро­е­ния се­мьи.

Полное житие преподобных Кирилла и Марии, родителей преподобного Сергия Радонежского

«. Раб Бо­жий Ки­рилл преж­де об­ла­дал боль­шим име­ни­ем в Ро­стов­ской об­ла­сти, был он бо­яри­ном, од­ним из слав­ных и из­вест­ных бо­яр, вла­дел боль­шим бо­гат­ством, но к кон­цу жиз­ни в ста­ро­сти об­ни­щал и впал в бед­ность. Ска­жем и о том, как и по­че­му он об­ни­щал: из-за ча­стых хож­де­ний с кня­зем в Ор­ду, из-за ча­стых на­бе­гов та­тар­ских на Русь, из-за ча­стых по­сольств та­тар­ских, из-за мно­гих да­ней тяж­ких и сбо­ров ор­дын­ских, из-за ча­сто­го недо­стат­ка в хле­бе… Из-за это­го несча­стья раб Бо­жий Ки­рилл вы­ехал из той де­рев­ни ро­стов­ской, о ко­то­рой уже го­во­ри­лось; со­брал­ся он со всем до­мом сво­им, и со все­ми род­ны­ми сво­и­ми по­ехал, и пе­ре­се­лил­ся из Ро­сто­ва в Ра­до­неж. И, при­шед­ши ту­да, по­се­лил­ся око­ло церк­ви, на­зван­ной в честь свя­то­го Рож­де­ства Хри­сто­ва…

Сы­но­вья Ки­рил­ла, Сте­фан и Петр, же­ни­лись; тре­тий же сын, бла­жен­ный юно­ша Вар­фо­ло­мей, не за­хо­тел же­нить­ся, а весь­ма стре­мил­ся к ино­че­ской жиз­ни. Об этом он мно­го­крат­но про­сил от­ца, го­во­ря: «Те­перь дай мне, вла­ды­ка, свое со­гла­сие, чтобы с бла­го­сло­ве­ни­ем тво­им я на­чал ино­че­скую жизнь». Но ро­ди­те­ли его от­ве­ти­ли ему: «Ча­до! По­до­жди немно­го и по­тер­пи для нас: мы ста­ры, бед­ны, боль­ны сей­час, и неко­му уха­жи­вать за на­ми. Вот ведь бра­тья твои Сте­фан и Петр же­ни­лись и ду­ма­ют, как уго­дить же­нам; ты же, неже­на­тый, ду­ма­ешь, как уго­дить Бо­гу, — бо­лее пре­крас­ную сте­зю из­брал ты, ко­то­рая не от­ни­мет­ся у те­бя. Толь­ко по­уха­жи­вай за на­ми немно­го, и ко­гда нас, ро­ди­те­лей тво­их, про­во­дишь до гро­ба, то­гда смо­жешь и свой за­мы­сел осу­ще­ствить. Ко­гда нас в гроб по­ло­жишь и зем­лею за­сы­пешь, то­гда и свое же­ла­ние ис­пол­нишь».

Чу­дес­ный же юно­ша с ра­до­стью обе­щал уха­жи­вать за ни­ми до кон­ца их жиз­ни и с то­го дня ста­рал­ся каж­дый день вся­че­ски уго­дить ро­ди­те­лям сво­им, чтобы они мо­ли­лись за него и да­ли ему бла­го­сло­ве­ние. Так жил он неко­то­рое вре­мя, при­слу­жи­вая и уго­ждая ро­ди­те­лям сво­им всей ду­шой и от чи­сто­го серд­ца, по­ка ро­ди­те­ли его не по­стриг­лись в мо­на­хи и каж­дый из них в раз­лич­ное вре­мя не уда­лил­ся в свой мо­на­стырь. Немно­го лет про­жив в мо­на­хах, ушли они из жиз­ни этой, ото­шли к Бо­гу, а сы­на сво­е­го, бла­жен­но­го юно­шу Вар­фо­ло­мея, каж­дый день они мно­го раз бла­го­слов­ля­ли до по­след­не­го вздо­ха. Бла­жен­ный же юно­ша про­во­дил до гро­ба ро­ди­те­лей сво­их, и пел над ни­ми над­гроб­ные пес­но­пе­ния, и за­вер­нул те­ла их, и по­це­ло­вал их, и с боль­ши­ми по­че­стя­ми по­ло­жил их в гроб, и за­сы­пал зем­лей со сле­за­ми как некое бес­цен­ное со­кро­ви­ще. И со сле­за­ми он по­чтил умер­ших от­ца и мать па­ни­хи­да­ми и свя­ты­ми ли­тур­ги­я­ми, от­ме­тил па­мять ро­ди­те­лей сво­их и мо­лит­ва­ми, и раз­да­чей ми­ло­сты­ни убо­гим, и корм­ле­ни­ем ни­щих. Так до со­ро­ко­во­го дня он от­ме­чал па­мять ро­ди­те­лей сво­их» [1] .

По­сле это­го вер­нул­ся бу­ду­щий пре­по­доб­ный Сер­гий в свой дом и на­чал рас­ста­вать­ся с жи­тей­ски­ми за­бо­та­ми это­го ми­ра, чтобы ско­рее на­чать мо­на­ше­скую жизнь.

На­до до­ба­вить, что мо­на­ше­ский об­раз свя­тые Ки­рилл и Ма­рия при­ня­ли в Хоть­ко́вском По­кров­ском мо­на­сты­ре, ко­то­рый рас­по­ла­гал­ся в трех вер­стах от Ра­до­не­жа и был в то вре­мя од­новре­мен­но муж­ским и жен­ским.

Ле­то­пись Хоть­ко́вско­го По­кров­ско­го мо­на­сты­ря при­во­дит сви­де­тель­ства о том, как мо­лит­вен­ное об­ра­ще­ние к пре­по­доб­но­му Сер­гию и его ро­ди­те­лям спа­са­ло лю­дей от тяж­ких неду­гов. Мо­щи схи­мо­на­ха Ки­рил­ла и схи­мо­на­хи­ни Ма­рии неиз­мен­но по­ко­и­лись в По­кров­ском со­бо­ре, да­же по­сле его мно­го­чис­лен­ных пе­ре­стро­ек. Уже в XIV ве­ке в ли­це­вом жи­тии пре­по­доб­но­го Сер­гия ро­ди­те­ли его изо­бра­же­ны с ним­ба­ми. По пре­да­нию пре­по­доб­ный Сер­гий за­ве­щал — «преж­де чем ид­ти к нему, по­мо­лить­ся об упо­ко­е­нии его ро­ди­те­лей над их гро­бом». Так и по­ве­лось — па­лом­ни­ки, еду­щие на бо­го­мо­лье в Тро­иц­кую Лав­ру, по­се­ща­ли сна­ча­ла Хоть­ков­скую оби­тель. В XIX ве­ке по­чи­та­ние пре­по­доб­ных Ки­рил­ла и Ма­рии рас­про­стра­ни­лось по всей Рос­сии, об этом сви­де­тель­ству­ют ме­ся­це­сло­вы то­го вре­ме­ни. К со­жа­ле­нию, по­сле 1917 го­да Хоть­ко́вский мо­на­стырь был лик­ви­ди­ро­ван. Но, на­ко­нец, в июле 1981 го­да бы­ло уста­нов­ле­но празд­но­ва­ние Со­бо­ра Ра­до­неж­ских свя­тых в ко­то­ром бы­ли про­слав­ле­ны схи­мо­на­хи Ки­рилл и Ма­рия. В 1989 го­ду в По­кров­ском хра­ме мо­на­сты­ря, воз­вра­щен­но­го Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, вновь на­ча­лись служ­бы и в него бы­ли пе­ре­не­се­ны мо­щи пра­вед­ных ро­ди­те­лей пре­по­доб­но­го Сер­гия.

При­ме­ча­ния

[1] Текст из жи­тия пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го, на­пи­сан­но­го свя­тым Епи­фа­ни­ем Пре­муд­рым, уче­ни­ком пре­по­доб­но­го Сер­гия. Κ со­жа­ле­нию, «Жи­тие Сер­гия» не до­шло до нас в пер­во­на­чаль­ном ви­де. В се­ре­дине 15 ве­ка жи­тие, вы­шед­шее из-под пе­ра Епи­фа­ния, бы­ло пе­ре­ра­бо­та­но офи­ци­аль­ным агио­гра­фом Па­хо­ми­ем Ло­го­фе­том. Па­хо­мий пи­сал уже по­сле об­ре­те­ния мо­щей свя­то­го Сер­гия в 1422 го­ду. Удо­вле­тво­ряя тре­бо­ва­ни­ям за­каз­чи­ков, Па­хо­мий при­дал «Жи­тию Сер­гия» па­рад­ную фор­му.

Преподобные Кирилл и Мария Радонежские: святые родители святого

31 января – день памяти преподобных Кирилла и Марии, родителей преподобного Сергия Радонежского

Преподобный Сергий Радонежский – великий подвижник земли Русской. В какой семье он воспитывался, кто были его родители — преподобные Кирилл и Мария, принявшие ангельский образ под конец жизни по примеру своего сына? День памяти преподобных отмечается 31 января и 11 октября.

Недалеко от Ростова Великого, на берегу реки Ишни, находилось поместье знатных ростовских бояр Кирилла и Марии. Преподобный Кирилл состоял на службе сначала у ростовского князя Константина II Борисовича, а потом у Константина III Васильевича, которых он, как один из самых близких к ним людей, не раз сопровождал в Золотую Орду. Кирилл владел достаточным по своему положению состоянием, но по простоте тогдашних нравов, живя в деревне, не пренебрегал и обычными сельскими трудами.

Мольба Кирилла и Марии о даровании дитя

Супруги имели уже сына Стефана, когда Бог даровал им другого сына — будущего основателя Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, преподобного Сергия. Задолго до рождения Промысл Божий дал о нем знамение как о великом избраннике Божием. В житии преподобного Сергия повествуется о том, что за Божественной литургией еще до рождения сына праведная Мария и молящиеся слышали троекратное восклицание младенца перед чтением святого Евангелия, во время Херувимской песни и когда священник произнес «Святая святым». Преподобные Кирилл и Мария ощутили на себе великую милость Божию.

После этого Мария стала особенно следить за своим духовным состоянием, помня, что носит во чреве младенца, которому предназначено быть избранным сосудом Духа Святого. Она блюла себя от всякой скверны и нечистоты, ограждала себя постом, избегала мяса, молока и рыбы, питалась лишь хлебом, овощами и водой. Воздерживалась и от вина, употребляя вместо различных напитков только одну воду и ту понемногу. Часто втайне наедине, воздыхая со слезами, Мария молилась Богу о сохранении себя и младенца.

Егда крестили отроча
пророчество о нем услышали

Благочестие Кирилла и Марии требовало, чтобы чувства благодарности к Богу были выражены в каком-либо благоговейном обете. И праведная Мария, подобно святой Анне — матери пророка Самуила, вместе с мужем дала обещание посвятить чадо Благодетелю всех — Богу.

3 мая 1314 года праведных родителей посетила великая радость: родился мальчик. В сороковой день по рождении младенца принесли в церковь, чтобы совершить над ним Крещение. Священник Михаил назвал младенца Варфоломеем (означает «Сын радости (утешения)»), ибо в этот день (11 июня) праздновалась память святого апостола Варфоломея. Священник почувствовал, что это особый младенец и, осененный Духом Божественным, предрек: «Радуйтесь и веселитесь, ибо будет ребенок сей сосуд избранный Бога, обитель и слуга Святой Троицы».

Родители стали замечать особенное в поведении младенца: с первых дней жизни младенец всех удивил постничеством, по средам и пятницам он не принимал молока матери, в другие же дни, если она употребляла в пищу мясо, младенец также отказывался от молока. По средам и пятницам он вовсе оставался без пищи. Воздержанный постом во чреве, младенец и по рождении как будто требовал от матери поста. И она стала строже соблюдать пост: совсем оставила мясную пищу, и младенец, кроме среды и пятницы, всегда после этого питался ее молоком.

Подрастая, Варфоломей, как и в первые дни своей жизни, по средам и пятницам не вкушал никакой пищи, а в остальные хранил воздержание. Мария опасалась, что суровый образ жизни может повредить его здоровью и убеждала сына уменьшить строгость поста. Однако сын просил не отклонять его от воздержания, и мать более не препятствовала.

Кирилл переехал со всей большой семьей из Ростова в Радонеж

Монголо-татарское нашествие и жестокий голод довели ростовского боярина до нищеты. Возможно, что своевольные московские наместники, распоряжавшиеся в Ростове, приказали ему удалиться из города, и около 1328 г., когда Варфоломею исполнилось 15 лет, семейство переселилось из Ростовского княжества в княжество Московское — в город Радонеж. По обычаю того времени Кирилл должен был получить поместье, но по старости уже не мог служить московскому князю, и эту обязанность принял на себя его старший сын Стефан, к тому времени уже женатый. Младший из сыновей Кирилла и Марии — Петр, также женился, но Варфоломей и в Радонеже продолжал свои подвиги. Когда ему было около двадцати лет, он попросил у родителей благословения на монашество. Кирилл и Мария не возражали, но просили подождать только до их смерти: с его уходом они потеряли бы последнюю поддержку, так как два старших брата были уже женаты и жили отдельно. Благодатный сын повиновался и делал все, чтобы успокоить старость своих родителей, которые не принуждали его вступить в брак.

Праведность Кирилла и Марии была известна не только Богу. Будучи строгими блюстителями всех церковных уставов, они помогали бедным и больным, принимали странников, но особенно свято хранили заповедь святого апостола Павла: Страннолюбия не забывайте, ибо через него некоторые, не зная, оказали гостеприимство Ангелам (Евр 13:2). Тому же учили они и своих детей, строго внушая им не упускать случая позвать к себе в дом путешествующего инока или иного усталого странника. До нас не дошло подробных сведений о благочестивой жизни этой блаженной четы, зато мы можем вместе со святителем Платоном сказать, что сам происшедший от них плод показал лучше всяких красноречивых похвал доброту благословенного древа. Счастливы родители, коих имена прославляются вечно в их детях и потомстве! Счастливы и дети, которые не только не посрамили, но и преумножили и возвеличили честь и благородство своих родителей и славных предков, ибо истинное благородство состоит в добродетели!

Святые Кирилл и Мария прияша пострижение

По распространенному на Руси обычаю под старость иночество принимали и простецы, и князья, и бояре. Согласно этому обычаю, Кирилл и Мария в конце своей жизни тоже приняли сначала иноческий постриг, а потом и схиму в Хотьковском Покровском монастыре, который находился верстах в трех от Радонежа и был в то время одновременно и мужским, и женским. Утружденные болезнями, скорбями и старостью схимники-бояре недолго потрудились в новом звании. В 1337 году они с миром отошли ко Господу. Перед своей блаженной кончиной они благословили Варфоломея на иноческий подвиг. Дети погребли их под сенью Покровской обители, которая с этого времени стала последним приютом и усыпальницей Сергиева рода.

Преставление святых Кирилла и Марии

Летопись Хотьковского Покровского монастыря приводит свидетельства о том, как молитвенное обращение к преподобному Сергию и его родителям спасало людей от тяжких недугов. Особенно проявилось их заступничество во время народных бедствий — страшной моровой язвы 1770-1771 годов, эпидемий холеры в 1848 году и в 1871 году. Тысячи людей стекались в Хотьково. У гробницы родителей преподобного читалась неусыпно Псалтирь и молитва святым схимонаху Кириллу и схимонахине Марии. В то же время они уже местно почитались в монастыре. И всякий раз множество людей сохранялись от губительных болезней.

Святые скончали дни свои в монастыре иже в Хотьково

Мощи схимонаха Кирилла и схимонахини Марии неизменно покоились в Покровском соборе, даже после его многочисленных перестроек. Уже в XIV веке в лицевом житии преподобного Сергия родители его изображены с нимбами. По преданию, преподобный Сергий завещал — прежде чем идти к нему, помолиться об упокоении его родителей над их гробом. Так и повелось — паломники, едущие на богомолье в Троицкую Лавру, посещали сначала Хотьковскую обитель, желая «поклониться на могилке его праведных родителей, чтобы явиться благодатному сыну от дорогой ему могилы как бы с напутствием от самих праведных родителей». По преданию, и сам преподобный Сергий нередко ходил на могилу родителей из своей Лавры.
В XIX веке почитание преподобных Кирилла и Марии распространилось по всей России, об этом свидетельствуют месяцесловы того времени.
После 1917 года Хотьковский монастырь был ликвидирован.

В 1989 году в Покровском храме бывшего Хотьковского монастыря, возвращенного Русской Православной Церкви, вновь возгорелась свеча церковной молитвы преподобному Сергию и его родителям. В том же году, в день празднования преподобного Сергия, мощи его праведных родителей перенесли в храм Покрова Пресвятой Богородицы. Возобновилось празднование памяти преподобных Кирилла и Марии 28 сентября (11 октября) и 18 (31) января. Они также были прославлены в соборе Радонежских святых, чье празднование совершается 6 (19) июля, на следующий день после праздника в честь обретения мощей преподобного Сергия Радонежского. Вера в заступничество святых укрепилась после многочисленных исцелений, совершенных у их гробницы.

В 1992 году открылся Хотьковский женский монастырь в честь Покрова Пресвятой Богородицы. В том же году, когда праздновалось 600-летие со дня кончины преподобного Сергия, совершилось общецерковное прославление преподобных Кирилла и Марии, увенчавшее шестивековое почитание родителей великого светильника Русской земли, давших миру образец святости и христианского устроения семьи.

Материал опубликован во вкладке “Добрая воля”

Житие преподобных Кирилла и Марии

Житие преподобных Кирилла и Марии, Радонежских и Хотьковских чудотворцев,

родителей преподобного Сергия Радонежского

В 2017 году исполнилось 25 лет прославления и 680 лет преставления преподобных Кирилла и Марии

Читайте также:  Иоасаф Белгородский: житие святого, день памяти, молитва

Икона преподобных Кирилла и Марии с житием

Преподобные Кирилл и Мария принадлежали к знатному боярскому роду. По древнему ростовскому преданию, боярин Кирилл происходил из старинного рода Симонови­чей, родоначальником которого был один из потомков варяжского князя Африкана – Симон (Шимон). Потомки Симона переехали на северо-вос­ток Руси в свите князя Юрия Владимировича Долгорукого.

В начале XIV века поместье преподобных Кирилла и Марии располагалось недалеко от Ростова Великого в селении Варницы. В 1427 году Ростовский архимандрит Ефрем основал здесь Троице-Сергиев Варницкий мужской монастырь. Так наши благочестивые предки увековечили в памяти грядущих поколений родину великого подвижника русской земли – преподобного Сергия Радонежского.

Троице-Сергиев Варницкий монастырь

Колодец преподобных Кирилла и Марии

в Троице-Сергиевом Варницком монастыре

Боярин Кирилл состоял на службе у Ростовских удельных князей, которых он, как один из самых близких к ним людей, не раз сопровождал в Золотую Орду. Это были опасные путешествия, из которых многие князья и бояре не возвращались, погибая за отеческую веру. Преподобная Мария и дети каждый раз прощались с ним, как перед смертью.

“Святый Кирилл советник был еси князю”

Жили Кирилл и Мария просто, их домашний быт был близок к крестьянскому и в высшей степени благочестив. Добрые родители воспитывали детей в смирении, целомудрии и любви, понимая, что иначе нельзя стяжать Небесное Царство. Житие Преподобных особенно украшено свидетельством об их милосердии и страннолюбии, которое было увенчано посещением их дома Ангелом. И дети были достойны своих родителей. Семья преподобных Кирилла и Марии – особая в Русской Православной Церкви: пять ее членов Господь прославил в лике святых.

“Святые Кирилл и Мария скромно живяху” “Святые на всяк день усердно Бога моляху”

“Святые милостыне и страннолюбию прилежаху”

Варфоломей (будущий Великий Сергий) был вторым сыном Кирилла и Марии после Стефана. Перед его рождением (3/16 мая 1314 года) произошло чудо, указавшее, что он будет велик пред Богом и станет истинным служителем Живоначальной Троицы. Когда мать его стояла в храме на Божественной Литургии, находившийся во чреве младенец трижды воскликнул громким голосом. Первый раз пред чтением Евангелия, второй раз, когда начали петь Херувимскую песнь, и третий раз при возглашении священника: «Святая святым!» Преподобные Кирилл и Мария со смирением приняли это знамение Промысла Божия и с сердечной благодарностью дали обет посвятить Господу свое чадо. И Господь принял его и взращивал как Свой священный сосуд. Уже с младенчества преподобный Сергий в среду и пятницу воздерживался от пищи и вовсе не прикасался к материнской груди, если мать вкушала мясо. Поэтому и преподобная Мария совершенно отказалась от мясной пищи, поняв явленное ей Божественное промышление, и сообразно с этим повела дело воспитания своего дитя. Когда ребенок подрос, то в нем стали ещё более явно проявляться знаки богоизбранности: он любил молитву, духовные книги, труд, уклонялся от шалостей, чтил родителей и имел великое послушание и смирение, что есть корень всех добродетелей.

“Егда крестили отроча пророчество о нем услышали” “Святые родители о чаде святом радовахуся”

В преклонных годах боярину Кириллу пришлось покинуть ростовскую землю и переехать в Радонеж. Во всех путях своих Преподобные хранили душевный мир и упование на Бога. Их семейный очаг был подобен монастырской обители, где все служило к утверждению в благочестии. По старости лет боярин Кирилл больше не мог нести службы, и эту обязанность принял на себя его старший сын Стефан, который к тому времени женился. Младший сын Петр также избрал супружескую жизнь, а Варфоломей желал принять иноческий постриг. Праведные Кирилл и Мария были усердными почитателями монашества, но просили Варфоломея подождать с исполнением своего намерения и упокоить их старость. С великой любовью согласился он еще остаться с ними, до времени томить себя неисполненным желанием и сохранить повиновение родителям, а через это наследовать их благословение. Так раскрывается Божественная премудрость: «Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет, и да долголетен будеши на земли» (Исход, 20, 12).

“Святый отрок испросише благословение родительское

на житие иноческое”

В конце жизни преподобные Кирилл и Мария пожелали принять монашество и, оставив всякое попечение земное, ушли на жительство в Хотьков монастырь, чтобы навсегда стать хранителями и покровителями этой земли. Здесь провели они последние дни своей жизни в непрестанной молитве и богомыслии, приняв схиму – великий ангельский образ.

“Святые Кирилл и Мария прияша пострижение” “Святые скончали дни свои в монастыре иже в Хотьково”

“Преставление святых Кирилла и Марии”

Немного ранее (около 1334 года) стал иноком овдовевший брат Варфоломея Стефан. Похоронив супругу в Покровском монастыре на Хотькове, он уже не пожелал возвратиться в мир и вместе с братом послужил схимникам-родителям до их блаженной кончины, последовавшей в 1337 году. Перед смертью святые Кирилл и Мария благословили Варфоломея на иноческий подвиг иконами Божией Матери «Одигитрия» и святителя Николая Чудотворца. В течение сорока дней братья оставались в монастыре, молясь об упокоении своих родителей и совершая дела милосердия в их память.

Русский народ всегда с благодарностью чтил это святое семейство – молитвенников за наше Отечество. Великий Сергий сохранил и преумножил главное сокровище – бессмертное Православие – в то время, когда силы народа были на исходе, и спас народную душу от гибели. Примирив русских князей, он способствовал их объединению под знаменем благоверного князя Димитрия Донского. И Господь явил милость, даровав вымоленную преподобным Сергием победу русскому воинству, и освободил Русь от тяжкого бремени татарского ига, простив ей грех междоусобных кровопролитий.

Настало время возрождения России. С тех пор никогда не забывали благодарные потомки родителей Игумена Земли Русской. Память преподобных Кирилла и Марии совершалась в Троице-Сергиевой Лавре и в Хотьковском монастыре 28 сентября/11 октября и 18/31 января. У мощей Преподобных в Покровском соборе читалась Неусыпаемая Псалтирь и служились панихиды. Канонизация святых в 1992 году достойно увенчала шестивековое почитание святых родителей, давших миру образец святости, христианского устроения семьи и благочестивого монашества.

Икона рода Сергиева

(на ней изображен преподобный Сергий Радонежский и его сродники – преподобные Кирилл и Мария,

преподобный Стефан и Петр – сыновья их – с женами, святитель Феодор Ростовский – сын Стефана)

Преподобнии Кирилле и Марие и преподобне отче наш Сергие, молите Бога о нас

Молитва ко преподобным Кириллу и Марии

О раби Божии, преподобнии Кирилле и Марие!

Аще и скончали есте временную жизнь свою телом, но духом не отступаете от нас, руководствуете же ны ко Христу Богу, наставляете шествовати по заповедям Господним и носити крест свой и последовати Владыце нашему. Вы, преподобнии, вкупе с преподобным и Богоносным отцем нашим Сергием, вашим возлюбленным сыном, имеете дерзновение ко Христу Богу нашему и ко Святей Его Богоматери. Будите молитвенницы и ходатаи о нас, недостойных, жительствующих во святей обители вашей, ей же вы и начальницы. Будите помощницы и заступницы Богом собранней дружине сей, да жительствующии на месте сем и приходящии с верою, вашими молитвами сохраняеми, невредими от бесов и от человек злых пребудем, славяще Святую Троицу, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков. Аминь

Тропарь, глас 3

Блаженств Христовых причастницы, честнаго супружества и попечения о чадех добрый образе,

праведнии Кирилле и Марие, плод благочестия, Сергия преподобнаго нам явившии,

с ним же усердно молите Господа низпослати нам дух любве и смиренномудрия,

да в мире и единомыслии прославим Троицу Единосущную

Кондак, глас 4

Днесь, вернии, сошедшеся, восхвалим двоицу блаженную благовернаго Кирилла и Марию добронравную,

тыя бо молятся вкупе с возлюбленным сыном своим, преподобным Сергием, ко Единому во Святей Троице Богу,

отечество наше в правоверии утвердити, домы миром оградити, юныя от напастей и соблазнов избавити,

старость укрепити и спасти души наша

Величание

Ублажаем, ублажаем вас, преподобнии Кирилле и Марие и преподобне отче наш Сергие,

и чтим святую память вашу, наставницы монахов и собеседницы Ангелов

Молитвы преподобным Кириллу и Марии Радонежским

Почитая православных святых, мы не всегда думаем об их родителях, а зачастую даже не знаем их. Но встречаются случаи, когда родители почитаемых святых показывают не меньшую добродетель и даруют помощь. Так, молитва Кириллу и Марии Радонежским, родителям Сергия Радонежского способствует в делах семьи и дома, а также в супружестве.

История Кирилла и Марии Радонежских

До того, как принять монашеский постриг, преподобный Кирилл служил у князей Ростова. Семья их была обеспеченной, но, несмотря на это, они с супругой вели простую жизнь, помогали нуждающимся, не отказывали путникам в приюте. Детей они воспитывали в благочестии и любви к Богу.

Знамение об их сыне как об Избраннике Божьем пришло к ним еще до того, как он появился на свет.

В чем помогают молитвы преподобным?

Годы спустя Кирилл и Мария приняли вначале иночество, потом схиму. Преподобные схимонах Кирилл и схимонахиня Мария умерли в 1337 году. Их мощи с тех пор покоятся в Покровском соборе. Говорят, что Сергий Радонежский указал:

Прежде чем идти к нему, помолиться об упокоении его родителей над их гробом.

Поэтому многие верующие считают своим долгом помолиться возле мощей его родителей и почтить их память.

День памяти отмечается 31 января, 19 июля (Собор Радонежских святых), 11 октября.

К молитве Кириллу и Марии Радонежским обращаются в следующих случаях:

  • просьба о содействии в воспитании детей;
  • просьба о даровании семейного благополучия.

Молитва преподобным Кириллу и Марии, родителям преподобного Сергия Радонежского

О раби Божии, схимонаше Кирилле и схимонахине Марие! Внемлите смиренному молению нашему. Аще бо временное житие ваше скончали есте, но духом от нас не отступаете, присно по заповедем Господним шествовати нас научающе и крест свой терпеливо носити нам пособствующе. Се бо вкупе со преподобным и богоносным отцем нашим Сергием, вашим возлюбленным сыном, дерзновение ко Христу Богу и ко Пречистой Его Матери стяжали есте. Темже и ныне будите молитвенницы и ходатаи о нас, недостойных рабах Божиих (имена). Будите нам заступницы крепции, да верою живуще, заступлением вашим сохраняеми, невредими от бесов и от человек злых пребудем, славяще Святую Троицу, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Молитва о даровании христианского супружества

Обрести семейное счастье и благополучие поможет молитва преподобным Кириллу и Марии Радонежским. Девушки прибегают к этой молитве, когда просят Господа послать им супруга.

О блаженная двоице, воистину земли русския украшение, святый преподобный Кирилле и святая преподобная Марие; образ брака христианскаго яви Господь преславное житие ваше; славно бо пожили есте в лета тяжкия для земли и народа нашего и вся скорби и искушения мира сего претрели есте единою плотию — сего ради прослави Господь вас и супружество ваше. Темже смиренно молю вас, препадающе перед святым образом вашим: умолите Господа, во еже послати мне супруга христианскаго (супругу христианскую). Весте бо, яко несть добро человеку единому быти: да исправит Господь стези моя. Ей, блазии о нас пред Богом заступницы, испросите мне смиренномудрия, кротости и рассуждения христианскаго. Помозите мне очистить от страстей сердце мое. Вы бо учителие и образи чистаго жития преизряднии есте и ходатаицы о нас по Бозе во веки веков. Аминь.

Тропарь преподобным Кириллу и Марии Радонежским, глас 3

Блаженств Христовых причастницы, честнаго супружества и попечения о чадех добрый образе, праведнии Кирилле и Марие, плод благочестия, Сергия преподобнаго, нам явившии, с нимже усердно молите Господа низпослати нам дух любве и смиренномудрия, да в мире и единомыслии прославим Троицу Единосущную.

Кондак преподобным Кириллу и Марии Радонежским, глас 4

Днесь, вернии, сошедшеся, восхвалим двоицу блаженную, благовернаго Кирилла и Марию добронравную, тии бо молятся вкупе со возлюбленным сыном своим, преподобным Сергием, ко Единому во Святей Троице Богу, Отечество наше в правоверии утвердити, домы миром оградити, юныя от напастей и соблазнов избавити, старость укрепити и спасти души наша.

«Родители преподобного Сергия». К дню памяти преподобных Кирилла и Марии Радонежских

11 октября / 28 сентября – память преподобных Кирилла и Марии, родителей преподобного Сергия Радонежского.

Публикуем фрагмент из книги издания Сретенского монастыря «Житие преподобного Сергия Радонежского» о родителях преподобного Сергия.

Верстах в четырех от славного в древности, но смиренного ныне Ростова Великого, на ровной открытой местности по пути в Ярославль, уединенно расположилась небольшая обитель во имя Пресвятой Троицы: это заштатный Варницкий монастырь. По древнему преданию, почти шестьсот лет тому назад тут была некая весь, имя которой забылось в истории, но которая всегда была и будет именита и дорога сердцу православных русских людей, потому что весь эта была благословенною родиною великого печальника и заступника Русской земли, преподобного и богоносного отца нашего Сергия, игумена Радонежского и всея России, чудотворца. Здесь было поместье его родителей, благородных и знатных бояр ростовских Кирилла и Марии; тут был их дом; тут и жили они, предпочитая уединение сельской природы суете городской жизни при княжеском дворе. Впрочем, Кирилл состоял на службе сначала у Ростовского князя Константина II Борисовича, а потом у Константина III Васильевича; он не раз сопровождал их в Орду как один из самых близких к ним людей; владел достаточным по своему положению состоянием, но по простоте тогдашних нравов, живя в деревне, он не пренебрегал и обычными сельскими трудами; мы увидим потом, что Кирилл посылал, например, своего малолетнего сына за конями так же, как и теперь посылают своих малюток простые поселяне.

Кирилл и Мария были люди добрые и богоугодные. Говоря о них, блаженный Епифаний замечает, что Господь, благоволивший воссиять в земле Русской великому светильнику, не попустил родиться ему от неправедных родителей, ибо такому детищу, которое, по устроению Божию, должно было впоследствии послужить духовной пользе и спасению многих, подобало иметь и родителей святых, дабы доброе произошло от доброго и лучшее приложилось к лучшему, — дабы взаимно умножилась похвала и рожденного, и самих родивших во славу Божию. И праведность их была известна не одному Богу, но и людям. Строгие блюстители всех уставов церковных, они помогали и бедным; но особенно свято хранили они заповедь апостола: страннолюбия не забывайте, тем бо не ведяще нецыи странноприяша Ангелы (Евр. 13, 2). Тому же учили они и детей своих, строго внушая им не упускать случая позвать к себе в дом путешествующего инока или иного усталого странника. До нас не дошло подробных сведений о благочестивой жизни сей блаженной четы; зато мы можем вместе с святителем Платоном сказать, что «самый происшедший от них плод показал, лучше всяких красноречивых похвал, работу благословенного древа. Счастливы родители, коих имена прославляются вечно в их детях и потомстве! Счастливы и дети, которые не только не посрамили, но и приумножили, и возвеличили честь и благородство своих родителей и славных предков, ибо истинное благородство состоит в добродетели!»

Кирилл и Мария имели уже сына Стефана, когда Бог даровал им другого сына — будущего основателя Троицкой лавры, красу Церкви Православной и несокрушимую опору родной земли. Задолго до рождения сего святого младенца дивный Промысл Божий уже дал о нем знамение, что это будет великий избранник Божий и святая отрасль благословенного корня. В один воскресный день его благочестивая мать пришла в церковь к Божественной литургии и смиренно стала, по тогдашнему обычаю, в притворе церковном, вместе с прочими женами. Началась литургия; пропели уже трисвятую песнь, и вот, незадолго пред чтением святого Евангелия, вдруг, среди общей тишины и благоговейного молчания, младенец вскрикнул у нее во чреве, так что многие обратили внимание на этот крик. Когда начали петь Херувимскую песнь, младенец вскрикнул в другой раз, и притом уже столь громко, что голос его был слышен по всей церкви. Понятно, что мать его испугалась, а стоявшие близ нее женщины стали между собою переговариваться, что бы мог означать этот необыкновенный крик младенца? Между тем литургия продолжалась. Священник возгласил: «Вонмем! Святая святым!» При этом возглашении младенец вскрикнул в третий раз, и смущенная мать едва не упала от страха: она начала плакать… Тут ее окружили женщины и, может быть, желая помочь ей успокоить плачущее дитя, стали спрашивать: «Где же у тебя младенец? Отчего он кричит так громко?» Но Мария, в душевном волнении, обливаясь слезами, едва могла вымолвить им: «Нет у меня младенца; спросите еще у кого-нибудь». Женщины стали озираться кругом и, не видя нигде младенца, снова пристали к Марии с тем же вопросом. Тогда она принуждена была сказать им откровенно, что на руках у нее действительно нет младенца, но она носит его во чреве…

Читайте также:  Трифон Апамейский: житие святого, день памяти, молитва

— Как же может кричать младенец, когда он еще в утробе матери? — возражали ей удивленные женщины.

— Я и сама удивляюсь этому, — отвечала им Мария, — и нахожусь в немалом недоумении и страхе…

Тогда женщины оставили ее в покое, не переставая, впрочем, удивляться этому необыкновенному случаю.

«В наше время, — говорит святитель московский Филарет, — свидетели подобного происшествия, вероятно, имели бы немало заботы об изыскании причины, произведшей сие необыкновенное явление. Более проницательные, может быть, осмелились бы догадываться, что молитвенный восторг благочестивой матери в три важные периода священнодействия сообщил необыкновенное возбуждение жизни плоду, который носила она во чреве. Но в то время любили не столько любопытные умствования, сколько благоговейное наблюдение путей Провидения, и народ выходил из церкви, повторяя написанное в Евангелии об Иоанне Предтече: что убо отроча сие будет (Лк. 1, 66)? Да будет над ним воля Господня!»

Благоговейный списатель жития Сергиева, преподобный Епифаний сопровождает свое повествование о сем необыкновенном происшествии таким размышлением. «Достойно удивления, — говорит он, — что младенец, будучи во чреве матери, не вскрикнул где-либо вне церкви, в уединенном месте, где никого не было, но именно при народе, как бы для того, чтобы многие его услышали и сделались достоверными свидетелями сего обстоятельства. Замечательно еще и то, что прокричал он не как-нибудь тихо, но на всю церковь, как бы давая понять, что по всей земле распространится слава о нем; и не тогда возгласил он, когда мать его была где-нибудь на пиршестве или почивала, но когда была она в церкви, и именно во время молитвы, как бы указывая на то, что он будет крепким молитвенником пред Богом; не прокричал он в каком-либо ином месте, но именно в церкви, в месте чистом, в месте святом, где пребывают святыни Господни и совершаются священнодействия, знаменуя тем, что и сам он будет совершенною святынею Господа в страхе Божием. Достойно замечания также и то обстоятельство, что не возгласил он однажды или дважды, но именно трижды, являя тем, что он будет истинным учеником Святой Троицы, так как троичное число предпочитается всякому другому числу, потому что везде и всегда сие число является источником и началом всего доброго и спасительного». После сего, приведя из ветхозаветной и новозаветной истории примеры и указания, свидетельствующие о важном знаменовании троичного числа, и воспомянув страшную тайну Триипостасного Божества, блаженный Епифаний продолжает: «Подобало и сему младенцу трижды провозгласить еще во чреве матери, прежде рождения на свет, в предзнаменование того, что он будет некогда служителем Святой Троицы и многих приведет к познанию Бога, научая словесных овец своих веровать во Святую Троицу, единосущную во едином Божестве. И действительно, — рассуждает далее Епифаний, — не служило ли все это явным указанием на все дивное и досточудное в последующей его жизни? Не сбылось ли все это самым делом в его чудесных деяниях? И кто видел и слышал о первых предзнаменованиях, тот должен был потом верить и тому, что последовало за ними, ибо не просто, не без особенной цели были даны эти предзнаменования: они были предвестниками и началом всего, что совершилось впоследствии. Вспомним древних святых, просиявших в Ветхом и Новом Завете: как зачатие, так и рождение многих из них предваряемо было особенным откровением от Бога; так, пророка Иеремию Бог от чрева матери предызбрал и освятил; то же свидетельствует о себе другой пророк — Исаия, а святой и великий пророк и Предтеча Христов Иоанн, еще будучи во утробе матери, познал Господа, носимого в ложеснах Пречистой Приснодевы Марии: взыграся младенец радощами во чреве (Лк. 1, 44) матери своей Елисаветы, и ее же устами пророчески возопил: откуду мне сие, да приидет Мати Господа моего ко мне (Лк. 1, 43). О святом пророке Илие есть сказание, что родители его видели, как светлые и благообразные мужи повивали сего младенца огненными пеленами и питали его пламенем огненным…» Далее Епифаний приводит подобные же рассказы о святых: Николае Чудотворце, Ефреме Сирине, Алипии и Симеоне столпниках, Феодоре Сикеоте, Евфимии Великом, Феодоре Едесском и Петре, митрополите Московском, — рассказы, которые мы опускаем, дабы, по выражению самого блаженного Епифания, «долготою слова послушателем слухи ленивы не сотворити», и приводим здесь только заключительные его мысли: «Досточудно, — говорит он, — было это возглашение младенца во чреве матери; досточудно было его воспитание от младенческих пелен; досточудна была и вся жизнь этого поистине досточудного мужа! Господь еще до рождения отметил его Своею благодатию и необычным случаем предуказал Свое особенное Божественное о нем промышление».

Всегда преданные воле Божией и внимательные к путям Провидения, Кирилл и Мария поняли указания Промысла Божия и сообразно с этими указаниями должны были вести дело воспитания дитяти. После описанного происшествия мать сделалась необыкновенно внимательна к своему состоянию. Всегда имея в мыслях, что она носит во чреве младенца, который будет избранным сосудом Святого Духа, Мария, во все остальное время беременности, готовилась встретить в нем будущего подвижника благочестия и воздержания, а потому и сама, подобно матери древнего судьи израильского Сампсона (см. Суд. 13, 4), тщательно соблюдала душу и тело в чистоте и строгом воздержании во всем. «Заботливо храня носимый ею во чреве Божий дар, она желала, — как говорит святитель Платон, — чрез свое воздержание дать телесному составу дитяти чистое и здравое питание, хорошо понимая добрым сердцем своим ту истину, что добродетель, сияющая в здравом и прекрасном теле, становится чрез то еще прекраснее». Всегда благоговейная и усердная молитвенница, праведная мать теперь чувствовала особенную потребность сердца в молитве, поэтому она часто удалялась от людского взора и в тишине уединения со слезами изливала пред Богом свою горячую материнскую молитву о будущей судьбе своего младенца. «Господи! — говорила она тогда, — спаси и сохрани меня, убогую рабу Твою; спаси и соблюди и сего младенца, носимого во утробе моей, Ты бо еси — храняй младенцы Господь (Пс. 114, 5); да будет воля Твоя, Господи, на нас, и буди имя Твое благословенно во веки!» Так, в строгом посте и частой сердечной молитве, пребывала богобоязненная мать святого дитяти; так и самое дитя, благословенный плод ее чрева, еще до появления своего на свет, некоторым образом уже предочищался и освящался постом и молитвою.

«О родители, — замечает при повествовании о сем святитель Филарет, — если бы вы знали, сколько добра или, напротив, сколько зла можете вы сообщить вашим детям еще до их рождения! Вы удивились бы точности суда Божия, который благословляет детей в родителях и родителей в детях и отдая грехи отцев на чада (Чис. 14, 18); и, помышляя о сем, с благоговением проходили бы служение, вверенное вам от Того, из Негоже всяко отечество на небесех и на земли именуется (Еф. 3, 15)».

Кирилл и Мария видели на себе великую милость Божию; их благочестие требовало, чтобы одушевлявшие их чувства благодарности к благодеющему Богу были выражены в каком-либо внешнем подвиге благочестия, в каком-либо благоговейном обете; а что могло быть приятнее Господу в таких обстоятельствах, в каких они находились, как не крепкое сердечное желание и твердая решимость оказаться вполне достойными милости Божией? И вот праведная Мария, подобно святой Анне, матери пророка Самуила, вместе с своим мужем дала такое обещание: если Бог даст им сына, то посвятить его на служение Богу. Это значило, что они, с своей стороны, обещали сделать все, что могли, чтобы на их будущем дитяти исполнилась воля Божия, совершилось тайное о нем предопределение Божие, на которое они уже имели некоторое указание. Немного, конечно, таких родителей, да едва ли и найдутся в наше грешное время такие счастливцы, которые могли бы так решительно, и притом — непогрешительно определить судьбу своих детей еще до их рождения: опасно и неразумно давать обеты, исполнение коих не зависит от воли обещающих; праведные родители Сергиевы могли сделать это потому, что имели уже таинственное указание на будущую судьбу их дитяти; но кто из христианских родителей не желал бы видеть в детях своих будущих граждан Царства Небесного? А если все желают, то пусть же все и полагают в сердце своем твердый и неизменимый обет — делать, с своей стороны, все, что от них зависит, чтобы их дети были истинными чадами Божиими по благодати, чтобы они были покорными сынами нашей общей матери — святой Церкви Православной, чтобы ни дети, ни родители не испытали потом горькой участи сынов царствия, которые будут изгнаны, по слову Господню, во тьму кромешнюю. «Для чего человек создан от Бога?» — спросили одного простого старца. «Чтобы быть наследником Царствия Божия», — отвечал он.

3 мая 1319 года в доме боярина Кирилла была общая радость и веселие: Марии Бог дал сына. Праведные родители пригласили своих родных и добрых знакомых разделить с ними радость по случаю рождения нового члена семьи, и все благодарили Бога за сию новую милость, явленную Им на доме благочестивого боярина. В сороковой день по рождении родители принесли младенца в церковь, чтобы совершить над ним святое крещение и в то же время исполнить свое обещание представить дитя в непорочную жертву Богу, Который дал его. Благоговейный иерей, по имени Михаил, нарек младенцу во святом крещении имя Варфоломей, конечно, потому, что в этот день (11 июня) праздновалась память святого апостола Варфоломея, ибо сего требовал тогдашний церковный обычай.

…Можно ли описать ту радость, которая переполняла сердца [благочестивых родителей], когда они видели пред собою начало исполнения тех светлых надежд, которые почивали на сем младенце со дня его чудесного проглашения во чреве матери?

Кирилл и Мария рассказали этот случай священнику, и он, как сведущий в Священном Писании, указал им много примеров из Ветхого и Нового Заветов, когда избранники Божии еще от чрева матери были предназначаемы на служение Богу; привел им слова пророка Давида о совершенном предвидении Божием: Несоделанное мое видесте очи Твои (Пс. 138, 16) и апостола Павла: Бог, избравый мя от чрева матере моея… явити Сына Своего во мне, да благовествую Его во языцех (Гал. 1, 15–16) и другие подобные места Священного Писания и утешил их благодатною надеждою относительно их новорожденного: «Не смущайтесь, — говорил он им, — а паче радуйтесь, что сын ваш будет избранным сосудом Духа Божия и служителем Святой Троицы». И, благословив дитя и его родителей, служитель алтаря Христова отпустил их с миром.

Между тем мать, а потом и другие стали примечать в младенце опять нечто необыкновенное: когда матери случалось насыщаться мясною пищею, то младенец не брал сосцов ее; то же повторялось, и уже без всякой причины, по средам и пятницам, так что в эти дни младенец вовсе оставался без пищи. И это повторялось не раз, не два, а постоянно; мать, конечно, беспокоилась, думала, что дитя нездорово, советовалась с другими женщинами, которые тщательно осматривали дитя, но на нем не было приметно никаких признаков болезни, ни внутренней, ни наружной; напротив, малютка не только не плакал, но и весело смотрел на них, улыбался и играл ручками… Наконец обратили внимание на время, когда младенец не принимал сосцов матерних, и тогда все убедились, что в этом детском посте «ознаменовались, — как выражается святитель Филарет, — предшествовавшие расположения матери и проявлялись семена будущих его расположений». Взращенный постом во чреве матери, младенец и по рождении как будто требовал от матери поста. И мать действительно стала еще строже соблюдать пост: она совсем оставила мясную пищу, и младенец, кроме среды и пятницы, всегда после того питался молоком матери.

Однажды Мария отдала младенца на руки другой женщине, чтобы та покормила его своею грудью, но дитя не захотело взять сосцов чужой матери; то же самое было с другими кормилицами… «Добрая отрасль доброго корня, — говорит блаженный Епифаний, — питалась только чистым млеком родившей его. Так сей младенец от чрева матери познавал Бога, в самых пеленах поучался истине, в самой колыбели привык к посту и, вместе с молоком матери, навыкал воздержанию… Будучи по естеству еще младенцем, он выше естества уже предначинал пощение; с младенчества он был питомец чистоты, питаемый не столько млеком, сколько благочестием, и предызбранный Богом еще до рождения…»

«Многие матери, — замечает по сему случаю святитель Платон, — не почитают важным делом кормить дитя своею грудью, но на самом деле это очень важно. Для чего же Творец естества наполняет молоком сосцы матерние, если не для того, чтобы приготовить в них для младенца питательную пищу? А с этою пищею, то есть с молоком, вливаются в младенца его будущие склонности и нравы». — «Чужое молоко, — рассуждает в одном месте святитель Димитрий Ростовский, — не так полезно для младенца, как молоко его родной матери. Если кормилица больна, то будет больное и дитя; если она гневлива, невоздержна, сварлива, таково же будет и дитя, которое она кормит. Дитя, воспитанное чужим, не матерним молоком, не будет иметь к матери такой любви и привязанности, какую имеют дети, вскормленные ее собственным млеком. Да пристыдят таких матерей бессловесные животные: ни одно из них не доверяет другому питать собственных детей…» «Лучше бы подумать доброй матери, — говорит святитель Филарет Московский, — отнимать ли мать вдруг у двух младенцев: у младенца кормилицы и у своего собственного, и заставлять ли своего младенца пить из груди кормилицы, может быть, тоску по оставленном ею собственном детище, вместо того чтобы он пил любовь из груди своей матери…» «Бывают матери, — говорит святой Златоуст, — которые своих детей отдают кормилицам. Христос не попустил сего. Он питает нас собственным телом и напояет собственною кровью…»

Окончилось время кормления грудью Варфоломея; дитя покинуло колыбель; возрастая телом, оно укреплялось и духом, исполняясь разума и страха Божия; благодать Божия почивала на святом младенце, и добрые люди утешались им.

Ссылка на основную публикацию